Июнь

Пуховый палантин смывая с тополей,
С дождливой моросью июнь в былое канул.
Приют устроив тайный в сумраке ветвей,
Стыдливо смолк вконец охрипший соловей,
Душевные залечивая в гнёздах раны.

В прелестниц обращаясь в вечер на Купалу,
Скликая  девушек  к разгульной ворожбе,
Бесчинствуют русалки с кем, и как попало,
В болотах юношей, не сосчитать, пропало,
Изменчивой не верящих лихой судьбе.

Резвясь напропалую лето побежало…
Волнуясь, отшумит, нальётся в колос рожь…
Хотя и солнышко всех согревать старалось,
Погожих дней на донышке чуток осталось…
Июль и август пролетят, но всё же, всё ж,

Ещё до осени, пожалуй, и не близко:
Намашешься граблями, вилами, косой…
Заплачет небо безутешной одалиской.
Над озимью нависнут тучи низко-низко,
Пожар дубравы заливая золотой…

С курлыканьем надрывно-трубным спозаранок,
Рыдая, взмоют в поднебесье журавли.
Пернатых стаи строясь спешно в караваны,
Сородичей своих скликая непрестанно,
Исчезнут, тая,  в замороченной дали.

Покров укутает землицу первым снегом.
В полях метельная запляшет кутерьма.
Сменив на сани под уставшую  телегу,
Природе к безмятежному во мгле ночлегу
Перину белую постелет здесь Зима.