Стихи Тимофеевского Александра Павловича

Там, где свалил меня запой,
На Трубной или Самотечной,
Я, непотребный и тупой,
Лежал в канавке водосточной.

Шел от меня блевотный дух,
И мне явился некий дух,
И он в меня свой взор вперил,
И крылья огненны расправил,

И полдуши он мне спалил,
А полдуши он мне оставил.
И было небо надо мной,
И в небе вился тучный рой,

Подобный рою тлей и мушек,
Душ, половинчатых душой,
И четверть-душ и душ-осьмушек,
И легионы душ, чью суть

Очерчивали лишь пунктиры,
Где от души осталось чуть,
Где вместо душ зияли дыры.
И плыли надо мной стада,

Стыдящихся на треть стыда,
Познавших честь на четверть чести,
А я желал быть с ними вместе.
И ангел их хлестал бичом,

И жег кипящим сургучом,
И пламень тек по этой моли,
Но пламень был им нипочем, —
Они не чувствовали боли.

И он сказал мне: — Воспари!
Ты — их певец. Они — твои. —
И разразился странным смехом.
Подобный грохоту громов,

Тот смех гремел среди домов
И в стеклах отдавался эхом.

Дата?

Есть в жизни обычай не новый.
О том, кто навеки почил,
Мы ищем хорошее слово,
А нету такого — молчим.

Корректно отмечено в прессе,
Что, мол, не осилив запой,
В минуту душевной депрессии
Фадеев покончил с собой.

И сам я, о правде радея,
И старый обычай любя,
В стихах этих горьких, Фадеев,
Не стану порочить тебя.

(…)
А как же отчизна - ...
Забудет, осудит, простит?
Как приговор соцреализму
Твой выстрел короткий звучит.

И нету ни горя, ни боли,
Лишь всюду твердят об одном,
Что был ренегат-алкоголик
России духовным вождем.

Для нас это, впрочем, не ново,
Не тратьте на мертвых слова.
Пока существует основа,
Покуда система жива!

1956

Примета времени — молчанье,
Могучих рек земли — мельчанье,
Ночей кромешных пустота
И дел сердечных простота.

Как обесценены слова!
Когда-то громкие звучанья
Не выдержали развенчанья.
Примета времени — молчанье.

Примета времени — молчанье.
Предпраздничная кутерьма.
Ноябрьский ветер, злой и хлесткий,
Бесчинствует на перекрестке.

Стоят такси, оцепенев,
И не мигают светофоры.
По главной улице в стране
Проходят бронетранспортеры.

Проходят танки по Москве,
И только стекол дребезжанье.
Прохожий ежится в тоске.
Примета времени — молчанье.

Мысль бьется рыбою об лед
И впрямь, и вкривь, в обход, в облет.
И что ж — живой воды журчанье
Сковало льдом повсюду сплошь.

«Мысль изреченная есть ложь».
Примета времени — молчанье.

1959

Не видим мы знамений Иоанна,
По водам к нам идущего Христа –
Все кажется обыденным. Как странно!
Однако, эта осень не проста.
В порывах ветра вздохи и укоры,
И наконец улавливает глаз:
Ложатся листья правильным узором,
Чтоб мы прочли послание для нас.

12.10.2020


Рецензии