При Моше было море автоматическим, словно двери
Грезил я, прислонясь затылком к холодному зеркалу в лифте.
Вон на обломках самовластья тоже написано, а что на них соорудили?
Что надстроили? Невыносимо-жестока апатия замерших волн восставших.
Притом, с апломбом наблюдателя я рапортую: здравствуйте!
Я говорю вам: здравствуйте. Вы помните, конечно, помните. А вообще, как знаете.
С достоинством бескрайним наблюдателя я запускаю взгляд,
как йо-йо, с одного из ярусов "Галереи" (наверное, что-то вроде пережидания под колонадой биржи, хотя не то).
Свидетельство о публикации №123062306225