Наида

У Наиды глаза нефритовые, травянистые,
Голос тихий и медленный, как на реке течение.
Видит ива Наиду, ветви склоняет низко,
Ветер встретит Наиду – оказывает почтение.
А Наида на дне песчаном, в угодьях илистых
Собирает себе колье из блестящих раковин.
Раз в году она в ночь на Ивана Купалу вылезет
На извилистый берег, с живыми людьми играет.
Кто догонит Наиду, кожи коснётся лилейной,
Кто узнаёт в прозрачном свете лицо русалки,
Тот за нею сейчас же на самое дно последует,
Он найдёт и цветущий папоротник, тот самый.
Потому что цветок непростой – не земной, не водный,
Он растёт у границ человеческого сознания.
"Сможешь взять его, – говорит, – ты на век свободен,
А не сможешь сорвать, то останешься, мальчик, с нами."
И смеются другие русалки потока звонче,
И земные невесты в венках из цветов танцуют.
У Наидиных босых ног расступились волны,
И ведёт она в дом к себе не раба, а суженого.
А он смотрит по сторонам, ищет цвет мерцающий,
А в ладони он держит руку Наиды хладную.
Сколько шли они – неизвестно, какими царствами,
На земле его и развеяли, и оплакали.

У Наиды глаза нефритовые, болотные,
Свет обходит Наиду, волна огибает тело.
А из тех, с кем она уходила к себе, под воду,
Никому ещё в мир вернуться не захотелось.