Баллада Загадочная смерть

Придворный чиновник камергер  Нарышкин*,
Воспитанный в иезуитской среде,
Живя в Петербурге,  насмешливый слишком,
Карьеру построил свою при дворе.

К своим подчинённым был крайне бесщадный,
Надменность и спесь на себя напускал.
И вкупе с роскошеством малоприятный
Портрет этот злостный характер соткал.

Любитель бахвальства и праздной утехи
Окрасил беспутством свой жизненный путь.
А нравом крутым в исторической вехе
Прослыл как чиновник, вгоняющий в жуть.

Но больше запомнился СТРАННОЙ КОНЧИНОЙ,
Носившей мистический, тайный окрас,
Случившейся по неизвестной причине,
Изложенной ниже без всяких прекрас.

Уйдя с руководства придворной конторы,
Лишившись дворцовой квартиры и льгот,
Покинул прославленный северный город,
Вернувшись в именье и прожив там год.

Скончался внезапно его камердинер,
Приехав с Одессы, где был по делам,
Направленный лично своим господином, -
От крымской горячки ушёл к праотцам.

Известье  Нарышкина так подкосило,
Что стал с головой он совсем не в ладах,
А воображение усугубило,
Прибавив к унынью ПАНИЧЕСКИЙ СТРАХ.

Предчувствуя беды, стал часто молиться,
Надеясь избегнуть худого конца.
Но только от рока никак не укрыться -
Печальная участь ждала гордеца.

Священным Писанием мог зачитаться,
Совсем  позабыв про обеды и сон,
С великим поклоном к Христу обращаться,
Как-будто с ног сбил его летний муссон.

Потеря рассудка вела к истощенью,
Мистическим будням, унылой поре.
Закрывшись навек от прямого общенья,
Как призрак бродил у себя во дворе.

Однажды,  домой возвращаясь с прогулки,
Спросил у прислуги, какой нынче час.
"Шестой", - был ответ. Сердце вздрогнуло гулко:
" А вечер иль утро настало сейчас?"

В вопросе свозила слепая надежда.
Однако в ответе звучал приговор.
"Уж вечер", - лакей пояснил,  как и прежде,
Узрев господина задумчивый взор.

Хозяин сказал, что уже не увидит,
Как утром рассвет озарит его дом,
Что близкий конец своим сердцем предвидит.
И всё, что сказал он, свершилось потом:

Готовясь ко сну,  пребывал он в волненье.
К кресту приложился и тихо уснул.
А в пятом часу, пробудясь на мгновенье,
Почил без страданий и в вечность шагнул.


* Нарышкин Кирилл Александрович (17.08.1786-26.10.1838)