сбитая печаль

под снегом мокрым кроется печаль:
её не видно, сбитую в полёте,
и ничего в остатке неохота,
и не охота, а в закате даль

и лес сварганил головной убор
покойнику, ежу, летяге белке,
я врачевала молодость грибов..
никто моих страданий не заметил

и плакал дождь, стучать заладил март
в берлогу осторожного медведя,
мне снится это, сон после обеда
перебирает струны жалкого ума

и первоцветы сад приберегли,
кошмар вдруг начинается сначала,
и падает на коврик одеяло
в палате обитаемой земли

прости меня, я жил как чёрный крот,
я жрал мокриц, личинок, многоножек,
я пил слезинок на горячем ложе
и целовал судьбу в беззубый рот

я ждал тебя, зачем - не знаю сам,
дарил, тюльпанов, маков и нарциссов,
и сказок мёд по лезвию стекал,
и умирала девочка-актриса ..

она так мало сделала, зато
не зала горечи, беды, коротких пальцев,
которые пролезут под пальто
и наизнанку вывернут овации

и, хищными, не высыплют в карман
монет, отмытых от засохшей крови,
приляг в могилу, выспись - отдыхай..
а я смотрю, как шустрые сороки

по почве скачут, зная наперёд:
о чём? о ком? - спросить я не осмелюсь,
и бьют во тьме последние метели
в закрытое стеклянное окно

цежу вино глотками с гулькин хvй
и медленно печально вспоминаю,
как рыбы превращаются в уху
и как дожди твои следы смывали

и губы шепчут бред издалека,
но недослышность сердце поборола,
забуду их, махнув на всё рукою:
ведёт меня, бегущего домой и..
и в никуда, еле заметная тропа