Памяти Владлена Татарского

В недетских руках – двести граммов тротила лежит,
Лежит, чтоб рвануть среди питерской мягкой погоды,
Средь тех, кто быть русским - гордится, страной – дорожит,
Кто Родину в пагубы час не покинул, не предал, не продал.

В недетских глазах – утомленье, и злоба, и страх:
В них нет ни раскаянья, ни осознанья, ни боли…
Мы всё разглядели до дна в этих мелких глазах,
Измазанных гноем вражды и солдатскою кровью.

Недетские руки лежат на коленях, дрожат…
Дрожат от того, что наёмника бросил хозяин,
Что в Узбекистан непременно билеты сгорят,
Что в камеру с толстыми стенами – точно посадят.

Не будет ни Ниццы, ни белых больших кораблей,
Ласкающих слух восхвалений, фанатов отрядов…
Так что же ты плачешь над долею горькой своей?
Иуды всегда получали верёвку и сук как награду.

А тем, кто погиб, сожаленья уже ни к чему:
Их именем мы назовём города и селенья,
И улицей Влада Татарского в мае пройду
По Харькову юному, в острой прохладе весенней.