странные голоса

свет пронзил собою кимвалы,
и темная грусть безбожно возлегла
с сумерками. черные мазки забывали сущее,
и кара закрыла глаза на миг,
чтобы воссели тела на постель.
смотрели они во мрак,
и там видели.
смотрели они в свет, и ничего не видели.
казнящая полночь была всему препоной,
и темным смрадом веяло от благоухающих тел.
карающая десница облекала тела,
и они слушались своего нутра,
как бы проникая в свою истину.
долг зиял в нутре,
и черствые спины сгибались под тяжестью греха.
околдованная синь просила о помиловании,
и черное царство противилось умерщвлению груди.
спелая вишня сбила с толку каждого,
когда они смотрели и плакали,
думая о вчерашнем,
о всегдашнем думая и вспоминая минувшее и
исчезнувшее навеки.
крот прорыл мрак в своей душе и там
спокойно созерцал полночь,
чтобы блистать золотом и бриллиантами.
кони стесали приплывшие думы,
и корабли отчалили в глубокое пение.
тогда ночь воцарилась,
и смело заговорил раненый гам.

красота скинула фату,
и грань камня отразилась в господине.
стекала ткань на грудь,
и свет сыпал златом на камни.
свет открывал новые соты,
и мед тек по рукам,
когда оглашали присутствие.
тогда корни плыли по реке,
и гадали на мнимом.
свет отразил собою всю благодать молчания,
и тогда пришли прииски,
и кара свистнула в темных глубинах.
кони свели все к одному,
и черное небо возгорелось над слезой.
свитки наполнились слезой,
гурии пришли к востоку.
стужа наполнила мрак,
и тополь сложил с себя все руки и губы.
кони начали роптать в глубинном мраке,
который был и нищ,
и пьян, и темя росло на корточках,
когда пришли глубины к царствующим сединам.
тогда фата обошла прииск и обволокла темную голову,
чтобы были услышаны странные голоса.