Глава 8

Их дороги разошлись... Каждый проходил свой путь, проживая внутри себя свои уроки и делая выводы. Их души, ведь не случайно встретились в спутанном клубке событий, где каждый должен был самостоятельно его размотать. Дни сменяли ночи, а весна зиму. Стало больше тёплых солнечных красок за окном, даря надежду на будущее. Прокрутив вдоль и поперёк эту историю, каждый из них пришёл к чему-то своему.

Она думала о нём почти каждый день. "И не проходит ни одного чёртового дня без мысли о тебе, вот так для меня это ощущается!" - мелькало в её утомлённом воображении. Пытаясь сделать всё, что угодно, только бы не любить, она безуспешно боролась внутри себя днём и ночью. Вокруг жизнь текла своим чередом, сменяя серые оттенки на более пастельные тона. Уже не так штивало на поворотах и не на таких безумных частотах, любовь эта проживалась. Множество лиц в толпе проходили как бы сквозь: ничего не чувствуя, внутрь себя не впуская, просто как-то стараясь прожить, - она шла дальше по жизни сама. "Каждый должен пройти свой путь в одиночку. Сама... я должна сделать это сама..." - повторяла себе свои жизненные принципы наша героиня. "Отпусти меня..." - произносила она незримому образу куда-то вдаль.

Любовь - не чья-то неуместная шутка, нельзя заставить себя разлюбить, просто приняв обезболивающее, заменив кем-то ещё, затоптав вглубь себя то, что болит... Именно в такой неравной борьбе, она проигрывала каждый день, стоя где-то над обрывом своих чувств. Когда сил уже не оставалось, она широко раскинула руки назад, повернувшись спиной, просто отпустила себя, падая с высокой-высокой скалы своих амбиций и гордости. Соприкоснувшись с поверхностью, она почувствовала, как приятная морская вода обволакивает всю её суть, как бережно обнимает, погружая всё глубже - к истокам своей женской души. "Останься здесь..." - услышала она нежный голос внутри себя. Таким образом она разрешила себе любить, разрешила себе быть, разрешила себе принимать и чувствовать всё то, что так долго отрицала...

Проснувшись от каплей дождя на своём лице, он резко одёрнул себя от ночного дурмана. Продрогшая одежда противно прилипала к телу. Было очень холодно. Его ярко очерченные скулы выдавали серьёзную и повзрослевшую личность внутри. Он 8стал спокойнее и сосредоточеннее. Научившись владеть своими состояниями, он больше не походил на того эксцентричного юношу, каким был ранее. Эмоции оставались где-то между сном и явью, помогая ему окончательно не сойти с ума. "Всю жизнь в поисках смысла, так и не отыскав... обрести наконец сейчас, каждый день смотря в глаза смерти... символично" - думал он. Когда твой мир - война, ненароком меняются ценности и видение того, что никогда не ценилось. Вступив в схватку с самим Дьяволом и подписав свой собственный контракт, он расплачивался каждым кусочком своей души, каждой прожитой эмоцией, каждой спасённой и потерянной жизнью, - он расплачивался собой. Наш герой много размышлял о том, что такого он должен постичь, сохранив свою жизнь и найдя выход из запутанного лабиринта собсвенных смыслов, забывая главное: выход всегда там же, где и вход. Его душа, тонущая в океане сансары, стремилась к высвобождению и избавлению от результатов своего прошлого выбора.

Он часто думал об этой девушке. Спустя много-много дней одиночества и неумолимой проживаемой боли внутри, её образ стал стираться, оставляя лишь приятный нежный аромат полевых цветов. Он представлял, как бы кружил её на руках, поправляя её локоны, игриво раскиданные под шапкой, как бы она смотрела своим глубоким взглядом внутрь него, смеясь, и этот смех разносился бы громким эхом в их собственном мире...

Он стал терпимее к людям: видя насквозь каждого, научился ценить то, что принимал, как должное. Оставшись один на один, он наконец услышал внутренний голос - тот, что заглушают звуки гаджетов и голоса других людей. Здесь, где был лишь он и смерть, он перестал бояться, обретя внутри себя свой собственный ответ - ответ, который он получил, находясь где-то между двух реальностей... Громкий звук, шум в ушах, тело его грубо ударилось о мокрую холодную землю, но боли не было... больше не существовало ничего, кроме него самого... В тот момент, когда глаза его видели лишь слабый солнечный свет, он почувствовал это прикосновение - прикосновение самой смерти.

Часто, приходя к ней во снах и кладя голову ей на колени, он тихо, почти шёпотом обращался к ней: "Скажи мне, что не было войны и всё это мне лишь приснилось, что не было нашей, такой глупой ссоры. Ты встретила меня тогда осенью у вокзала, мы обнялись, весело шагая вперёд и разговаривая о чём-то своём, ты была в недоумении, куда мы спешим и почему всё так быстро, а я взял твою руку в свою и развернул к себе. Посмотрев тебе в глаза, я сказал: "Я так скучал по тебе и нежно-нежно поцеловал... после чего, мы уже никогда не расставались". "Ну конечно, - ласково отвечала она ему, бережно охраняя его спокойствие, - ничего не было: ни этой войны, ни нашей размолвки, - это лишь сон, фантасмагория твоего любопытного сознания, всё хорошо", - и он успокаивался под мелодию её голоса, ласково убаюкивающего его.

Прошёл один год...