59. В зеркале Фауста

В ЗЕРКАЛЕ ФАУСТА

В холодном темном январе,
как перед смертью тать,
собака воет во дворе
и не дает мне спать.

Быть может, просится она
в натопленный мой дом,
чтоб отогреться у огня,
побыть со мной вдвоем?

Но страшно дверь собаке той
навстречу распахнуть:
вдруг обратится предо мной
тот пес в кого-нибудь?

И сядет за моим столом,
и спросит: «Не до сна?»
Окинув темным взглядом дом,
нальет себе вина.

И будет долго говорить,
смотреть через свечу,
а после скажет: «Время — жить,
сегодня я плачу!

Когда же ты, глупец, поймешь,
уходят дни, как дым!»
Взмахнет, как крыльями, плащом,
добавит: «Полетим?

Как часто слышал сердца стук,
читал твои мечты:
известно мне, о ком, мой друг,
ночами грезишь ты!»

Гость рассмеется за двоих —
и затрепещет дом...
«Подлунный мир у ног твоих
я расстелю ковром;

увидишь, как растут леса —
не вверх, но точно вниз,
как время побежит назад,
тебе готовя приз:

Приама встретишь самого...
Сожженной Трое быть!
Я помогу тебе легко
Елену взять, испить.

С подругой нежною своей,
пройдя чрез времена,
счастливейшим из всех людей
ты выпьешь жизнь до дна!

Не думай — завтра далеко.
Бокал сполна налит...
И все, что надо мне за то, —
еще один визит.

Однажды среди вьюжных зим
ты пса услышишь зов.
Ты подойди к дверям своим
и отодвинь засов...»

2000 год.