40. И к солнцу тянутся дома...

***

...И к солнцу тянутся дома,
и в подворотнях кошки млеют:
уйти торопится зима,
а я грущу, а я жалею;

я не в претензии к весне —
ее всегда желанно жало...
Была зима добра ко мне —
метелями не обжигала.

Была зима добра ко мне,
своею властью не кичлива,
и я лежал на снежном дне
в ее объятиях, счастливый...

...Я помню женщину одну,
меня охотно привечала,
без предисловия, ко дну —
на шерстяное покрывало

из-за обильного стола
тянула за руку так нежно...
Те дни я прожил безмятежно,
река сама меня несла.

Хоть кожа — шелк, ясна улыбка,
казалось мне, ей много лет,
в ней было столько тех примет,
где все желанно, ярко!.. Зыбко.

Она могла заворожить
случайно брошенным признаньем, 
и враз унять огонь и прыть...
Снега в ней были, их сиянье.

Уйти торопится зима
по-королевски величаво,
не зная, уходя, сама:
во мне живет ее отрава.

Друг друга пусть мы по утрам
любимыми не называли,
пусть, коротая вечера,
отрезок жизни коротали, —

легко и просто было с ней,
не ледяной — спокойно-снежной...
Она уходит без затей,
грусть оставляя, память, нежность.

1999 год.