Сакральная жертва...

Он, казалось, подходил к своему времени – «стабильности» страны, основанной лишь на одном – бешенных ценах на нефть. Немногословный, уверенный, с движениями неторопливого медведя, репутацией спасателя от наводнений и пожаров. Рейтинги были высоки. Так длилось годами.

Критики понимали, что это – видимость, фанера. Вроде того самого игрушечного «Рейхстага», который штурмовали на реконструкции. Но «народ» не верил, «пил и ждал новостей», пропаганда носила на руках. Даже и в капище милитаризма, пытались увековечить образ Сергея в мозаике вместе с Главным, но в итоге сбили.

В верхушках власти шумел победный ветер. Великий геополитик бродил с Сергеем Шойгу по лесам на удивление привыкших к покою таёжных йети, нюхал травы, ставил министра обороны гордым ферзём в тройку «Единой России» на выборах в Госдуму в сентябре 2021-го. Уже тогда страну готовили к катастрофе 24 февраля, случившейся спустя полгода.

Еще в сентябре прошлого года ТАСС выносил со ВЦИОМовской кухни «горячий пирожок», подбрасывая его в воздухе и дуя на обожженные руки - данные опроса, согласно которым Сергей Шойгу входил в стройку символов современной России.

И вот, тот же ВЦИОМ, столующийся в Кремле, прикрывая главного автора устроенного кошмара, бросил рейтинг Сергея Шойгу на жертвенный алтарь. Оценивая церемонию, пресса непочтительно пишет: «Шойгу не входит в тройку самых популярных российских политиков уже третий месяц подряд, однако стал завсегдатаем топа лидеров антирейтинга».

Это справедливо? Не более, чем предыдущая пропаганда. Но надо же на кого-то списывать последствия устроенного Путиным 24 февраля?

Над страной ночь. В дверь Сергея постучали. Он зажёг свет в прихожей, спросил: «Кто там?». Услышав ответ, быстро повернул ключ в замке. С лестничной клетки повеяло мартовской свежестью. На пороге стояло трое социологов ВЦИОМ в кожаных пальто (вроде того, что у Дмитрия Медведева на танковом заводе). Во дворе застыл у сугроба «воронок» с притушенными фарами, во тьме вспыхивал и гас мерцающей звездой огонь сигареты в руках водителя. «Пришла пора, Сергей, - произнёс один из социологов, - собирайтесь, вывозим остатки рейтинга». Сергей взял заготовленный чемоданчик (вроде того, что у путинского доктора Рошаля), быстро оделся и покорно пошёл в ночь спецоперации, окружённый «кожанками». На кухне «тик-так, тик-так», отмеривали секунды настенные часы. Фото великого геополитика в рамке на столе смотрело на сиротливый чайник, остывающий на погасшей геополитической плите. Редкими слезами капала из крана вода.