Бесчеловечность
Гостей осматривая, ужас
монокль избавил от усердья
заметив, что мы стали хуже
в конце его тысячелетья.
Всё повторяется до колик
руки, что гладит против шерсти
и героические роли
играет псарь в жабо из жести.
Не обвиняется беремя
любви за радость и беспечность,
но если мы полюбим время
то за его бесчеловечность.
Другие лживы и успешны,
и налегают на бессмертье,
а мы по-прежнему кромешны
в конце конца тысячелетья.
Лузга срывается и кружит,
нос то подпудря, подкремя,
хозяином на званый ужин
не приглашая наше время.
2000
Свидетельство о публикации №123030306956