изнутри волшебного балета

***
А снегаааа, что не вычерпать лопатой.
Не поперхнётся Солнце и проглотит.

Как был в начале лёгок и крылат он,
и чист, и неприкаян,  и свободен
в поклонах, реверансах менуэта,
воздушной вязью тонких пелеринок.
Мы изнутри волшебного балета
смотрели на круженье балеринок.

Осел,  потяжелел, покрылся гарью.
Протоптаны тропинки,  змеевидно.
И каждая  животная  каналья
Обочины пометила бесстыдно.

А как в начале весел был, воздушен!
Кругом совал пушистый мягкий носик.

А, может это ангельские души?
А может и не ангельские вовсе.

Не поперхнётся Солнце и проглотит.


***
В электрических материях,
В фильдеперсе блё-д-амура,
В развороченных артериях,
Марта эфемерным буром,

В пируэтах птиц обласканных,
В разворотах возрождения,
В распашных наклонных лацканах,
В юбок ветреной феерии.

В изливающейся камеди,
В токах опия, ласкаючи               
Топит Солнце тело наледи,
Бледноликое русалочье.


***
Озябшие тени деревьев, ещё не одетых,
на постаревших полотнах, чьи спины горбаты,
чьи груди опали от прибавления света.
Озябшие  ветви — воздушные акробаты,
готовы проснуться, готовы к прыжкам и кульбитам
под куполом, улыбающимся жёлтым глазом.
И в воздухе что-то знакомое, будто, разлито.
Безумно знакомое... только, не вспомнить, так сразу.


***
Скоро стрекозьи крылышки.
А пока —
В воздухе снежно кружится
в па — мука.
Кто-то её на мельнице,
В небесах,
Перемолол.  Вареньице
Скоро – "Ах!" —
Будет, что кровь венозная,
Из ирги.
Ну а пока морозную —
В пироги.
Ну а пока комарики
Не зудят
И угловая сталинка
(свят, свят, свят!)
Выстояла титанову
Холодень —
Зацветает, внепланово,
Сарсапарель.