Как только выдается время,
Я уезжаю в Марчуги
Следить подспудное теченье
В Москве-реке Отры-реки.
Спускаясь от Петровских вишен
Я попадаю в те места,
Где Инна Гофф слагала вирши
О Русском поле. Береста
Полей, припорошенных снегом,
И полный света окоем,
И белый храм глядится в небо
Екатерининских времен.
Я отмечаю, что на свете
Четвертый полдень ноября.
Пожарский в бронзовом доспехе
С гранита смотрит сквозь меня:
Не егозит ли Сагайдачный,
Лисовский с шайкою своей
Не ищет Пустынь, незадачлив,
Что царь заложит Алексей?
Какие тесные столетья!
Что невозможно, все сбылось.
Латунные лишь охнут петли,
Качнутся головы берез.
И я вхожу в тот сумрак дивный
Родного, теплого мирка,
Откуда в первый год ковидный
Отец уехал умирать.
Я здесь не гость и не хозяин,
Звено в цепочке ДНК,
Нейрон вселенского сознанья,
Любви Божественной искра.
Какие тесные столетья
© Copyright: Алексей Татарников, 2023
Свидетельство о публикации №123021100213
Свидетельство о публикации №123021100213
Рецензии
