как часто...

                Грянет бешенная вьюга,
                захохочет серый мрак.
                И спасти захочешь друга,
                да не выдумаешь как,
                да не выдумаешь как...
                (Юлий Ким, песня "19 Октября")



Как часто мы предельно осторожны,
но для профо́рмы соблюдаем этикет —
в оковах предрассудков всевозможных
дрожим за превосходство и решпект.
Храним учтивые улыбочки на лицах,
чтоб ненароком не навлечь скуловоро́т.
Не тратим время на поту́ги объясниться,
дешёвым шнапсом полоская себе рот.

Затем —
рефлексии в минуты расставаний
и даже скорбь перед мучительным концом.
Но встроен алгоритм на подсознанье:
держать фасон — не вляпаться лицом!
Вопьётся внутрь бесспорной аксиомой
беспомощность до спазма в телесах,
и боль, как симбионт давно знакомый, –
её нельзя ни в коем разе показать!

Сползаем методично в некий кокон
немых упрёков, неозвученных обид…
Тускнеют к но́чи все бойницы о́кон, –
и, как нарочно, — нестерпимее болит….
Запихан, как начинка для спринг-ро́лла,
в комод —
ненужной шмоткой оверса́йз, –
бьёт в барабаны внутренний твой голос!
Да только поздно говорить —
apologize...





Post scriptum:
Евгений Евтушенко "Танки идут по Праге"

Танки идут по Праге в закатной крови́ рассвета.
Танки идут по правде,  которая — не газета.
Танки идут по соблазнам  жить не во власти штампов.
Танки идут по солдатам, сидящим внутри этих танков.
Боже мой, как это гнусно! Боже — какое паденье!
Танки по Яну Гусу,  Пушкину  и  Пете́фи.
Страх — это хамства основа. Охотнорядские хари,
вы — это помесь Ноздрёва и человека в футляре.
Совесть и честь вы попрали.  Чудищем едет брюхастым
в танках-футлярах по Праге страх, брониро́ванный хамством.
Что разбираться в мотивах моторизованной плётки?
Чуешь, наивный Манилов, хватку Ноздрёва на глотке?
Танки идут по склепам, по тем, что ещё не роди́лись.
Чётки чиновничьих скрепок в гусеницы превратились.
Разве я враг России?  Разве я  не счастливым
в танки другие, родные, тыкался носом сопливым?
Чем же мне жить, как прежде, если, как будто рубанки,
танки идут по надежде,  что это — родные танки?
Прежде чем я подохну, как — мне не важно — про́зван,
я обращаюсь к потомку только с единственной просьбой.
Пусть надо мной — без рыданий просто напишут, по правде:
«Русский писатель. Раздавлен русскими танками в Праге».

(1968 год)

* скуловоро́т (простореч., вульг.) — повреждение скулы сильным ударом
** симбионты — организмы двух разных видов, состоящие в длительном тесном сожительстве
*** спринг-ролл — блюдо азиатских кухонь в виде небольшого рулета с различной начинкой, завёрнутой в тонкую лепёшку из рисовой или пшеничной муки
**** оверса́йз — одежда, которая значительно велика своему хозяину
***** apologize (англ.) — извиняться, просить прощения