Песнь, сочиненная после третьей кружки

Песнь, сочиненная после третьей кружки Шакальего чая и записанная тем, чей подчерк мы не разобрали


В полночь вселенная пахнет луной,
Гарью и пеплом остывших камней,
Звездами, ветром и липкой травой,
Дымом далеких великих огней.
Сумерки мир разорвут пополам,
Тени наложат на древние швы.
Прячутся утром по темным углам
Дети, с которыми Солнце на «Вы».
Дети, чей дом – это серые стены,
Двери, закрытые днём на засов,
Окна зашторены, ждет своей смены
Медное блюдце застывших часов.
Кто-то увидит стихи и драконов,
Рядом рычит черный буквенный ряд,
Тех, кто не принял безмолвных законов
Вряд ли до выпуска примут в отряд.
Тех, кто прочел и запомнил подсказки,
Дом принимает в большую семью.
Пейте настойки и слушайте сказки,
Мак разрешает уснуть на краю.
Мхом зарастает тропа на изнанку,
Лес обнимает сырой тишиной.
Загнан обманом в стеклянную банку
Маленький мальчик с тяжелой мечтой.
Хриплые доски скрипят под ногами,
Возле дивана второй поворот!
Здесь хрюкатали шорьки с зелюками,
Рядом таится малыш Бармаглот.
Полубезумная песенка спета,
Все, что хочу напоследок сказать:
Тьма невозможна без лучика света.
Смерть – просто жизни прошедшей печать.