Небо было темным...

                (памяти Даниила Хармса)

Небо было темным и скрывало город,
Как скрывает трупы черная шинель
Словно конвоиры, приходили годы
И законом волчьим открывали дверь.

Небо было темным и холодный ветер
Гнал на древний город ледяную дрожь,
И глаза, смирившись, не просили света,
И душе замерзшей не претила ложь...

Лишь костры Закона небо озаряли
Пламенем Идеи, искрами Борьбы,
Согревая губы, шепчущие "СТАЛИН...",
И Единой Мыслью скованные лбы...

Толпы серых граждан у костров стояли,
Искренне надеясь, что растает страх,
И ... сжигали лучших, лучшее сжигали -
До последних сил, до крови на руках.

Но сияли звезды в тишине безмолвной,
Освещая небо в этот смутный час,
Тихим звездным светом жил, стихами полный,
Никому не нужный литератор Хармс.

Он был непонятен: ни пророк - ни отрок,
Жил ручьем весенним: сбылось - не сбылось,
И бездомной кошкой спал на крышах мокрых, -
Ведь "под крышей" места так и не нашлось...

Он был непонятен: "ни уму, ни чувству",
Да и не стремился нравиться толпе:
Околдован детским сном обэриутства,
Ослеплен Шекспиром, Пушкиным, Рабле...

Ждать пришлось недолго: пьяными ветрами
Принесло патрульный шаркающий шаг,
И казенный голос: "...вы пойдете с нами ..." -
В тихую улыбку на сухих губах....

И - в костер, как ведьму! Вновь запляшут тени
Каннибальских оргий пламенных вождей:
Больше крови! Больше жертвоприношений!
Для Великой Цели! Для Больших Идей!

... И в крови террора
погасили Хармса...

Небо посветлело, небо стало серым,
Ветер сбил знамена, затушил костры,
Только Время ходит черным офицером
Мимо монументов той шальной поры.

Дождь десятилетий обесцветил чувство,
Искры вдохновенья, забивая в грязь,
Пьяные поэты, рыцари искусства,
Бьют друг другу морду, серой жизни злясь.

А в стихах - все чаще восстает рутинный
С ловкостью паучьей - фальши реверанс...

Может быть, в ТУ ЗИМУ рухнула плотина -
Литератор скромный с псевдонимом "ХАРМС"?

... Небо было темным,
А глазами страха
Трудно видеть Завтра...


27.10.92 г.
Астрахань