Эпилог. Твоя первая и моя последняя любовь...

Три дня за три года -
неравная  плата,
не ждал в тихой жизни
такого расклада…

Три года, три года тревог и сомнений,
три года мистических ночью видений…
Ты стала эффектна! – кому-то награда,
мне время таблеток...
               ну что ж, так и надо.
Когда улетала ты в дальнее небо,
я понял – не будет обратно билета!
Хоть сердце и взвыло на ноте печальной,
тебя поместил в мир уже виртуальный.

По прошлому знал: три-четыре недели
и боль поутихнет с другими в постели.
Ошибся!
           Не стало с душой моей слада,
не встретил второго иконного взгляда!
Все женщины в мире теперь только сёстры...
одна ты,
              одна на любом перекрёстке!
Теперь постижим тёмный смысл сновидений,
теперь твёрдо знаю, ты – Нежность Вселенной!

Три дня ты со мною – за верность награда,
листом я кружусь в золотом листопаде…
Ты снова уедешь, и мне терпеливо
три года дождей переждать.
                Так тоскливо...
Ремнями надежды я сердце стяну,
босыми ногами пойду к алтарю…

Три дня за три года –
такая досада…
Кто ж больше – душа
иль бессонница рада?
........

Спустя две недели...
Я медленно поднимался в осеннее небо и  картина сверху не радовала...
Тело на пыльной обочине дороги         рядом разбитые стёкла очков        неестественно вывернутая правая рука была  под спиной          растерзанный плащ на непривычно плоской груди         из под головы текла кровь, сворачиваясь с пылью в уродливые рулетики      толпа вокруг густела       метрах в 15-ти,  около развернувшегося поперёк дороги грузовика беззвучно кричал что-то в сотку шофёр
Хотелось сказать на прощанье что-нибудь грустно-умное, но в мыслях кружилось написанное три года назад, нежданно пророческое:
               
Не ставьте свечку в изголовье, поставьте обе мне на грудь,
пускай греют тёплым сияньем мне сердце хотя бы чуть - чуть,
чтобы таял смертельный холод, что с потерей тебя проник…

По вконец омертвевшему сердцу прогремел пустой грузовик.