любовью чужой мне ухмыляется мир

Любовью чужой мне ухмыляется мир,
Когда я смотрю в заблёванный кровью сортир,
Любовью чужой мне ухмыляется мир,
Окнами чужих квартир.

Я в болоте тону, кликуши зовут, воды по пояс,
Лежу на рельсах в надежде на ****ый поезд,
Я с рождения любил, мечтал, чего-то ждал,
Писал во тьме и по ночам в фантазиях летал,
Скакал, таблетки жрал, разбил бокал, рыдал.

Но ближе к старшим классам я стал реалистом,
И на вопрос "кем ты хочешь быть?", я всегда отвечал - "таксистом",
Грозной тучей на небе лучистом, гитаристом,
Смотрю в зеркало и вижу лишь взгляд уставшего эгоиста.

Как объяснить чувство будто своим телом управляешь не ты,
Когда желание открыть рот и что-то сказать доводит до тошноты,
И ты сидишь как глист, в чужом теле, где только глисты,
И даже они не видят в тебе родного, не видят в тебе красоты.

Пей со мной, паршивая сука,
Шептал мне призрак Есенина томной ночью,
Чёрный человек, жестокая, русская мука,
Мне бы изнутри порвать своё тельце в клочья.

Я копошился в этом теле однажды, пока оно спало,
И заметил в нём мелкую точку, что адски пылала,
Подкрался к ней без единого шороха, не спеша,
Всё же есть у людишек душа.

Я смотрю в заблёванный кровью и завтраком сортир,
Оттуда чьей-то чужой любовью улыбается мне высокомерный мир,
Окнами незнакомых квартир.