Читая Гомера

Листаю  Гомера.  Ищу  средь  героев,
Чей  образ  меня  прежде  всех  вдохновит.
Быть  может,  злой  гений  поверженной  Трои,
Хитрейший  Улисс – Одиссей  Лаэртид?

Град  Гектора  и  сластолюбца  Париса,
Античная  Троя  могла  устоять.
Но  стала  губительной  хитрость  Улисса –
И  конь  деревянный  помог  город  взять.

Когда  ж  в  западню  к  Полифему  в  пещеру
Привёл  Одиссея  Гомеров  рассказ,
Вином  опоив  людоеда  сверх  меры,
Он  выжег  циклопу  единственный  глаз.

И  всё  бы  чудесно,  и  холст  наготове
Писать  в  назиданье  потомкам  портрет…
Но  если  вглядеться  во  тьму  славословий,
Увидим  весьма  неприглядный  сюжет.

Уж  если  и  славен  Улисс,  то коварством;
Примеров  тому  у  Гомера  не  счесть.
Ведь  лучшим  от  давней  обиды  лекарством
Считал  Одиссей  изощрённую  месть.

Так,  втайне  озлобившись  на  Паламеда,
Когда  тот  Улисса  во  лжи  уличил,
Подделав  к  троянцам  письмо  и  монеты
Подбросив,  в  измене  его  обвинил.

Героя  в  итоге  казнили  безвинно.
Но  в  сердце  стучится  вопрос  сквозь  века:
Где  тонкая  грань  меж  смекалкой  былинной
И   подлым  Улисса  умом  г**нюка?!