42 сонет Шекспира Художественный перевод

Из романа Михаила Анищенко-Шелехметского "Разоблаченные сонеты. Другой Шекспир.":

"• Вот и хорошо. Скажи мне, граф, моя женщина больше не будет спать в твоей кровати, где от тебя даже следа не осталось?
• Она не женщина! – неожиданно закричал граф.
• Как же мне с вами бороться? – вздохнул Шекспир.
• Бороться с нами нельзя.
• Почему?
• Бороться можно с болезнями, со смертью бороться нельзя.
• Она – смерть? Моя?
• И моя – тоже, – граф опустил голову.
• Что же мы будем делать?
• Будем жить, встречаться.
• В одной и той же кровати?
• Прости меня, – вздохнул граф. – Забудем…. Начнём с чистого листа!
• Что с тобой, князь? Ты ведь сам говорил, что ничего нельзя начать с чистого листа. На любом чистом листе уже все написано.
• Да, да, я выживаю из ума… Я, как тонущий, цепляюсь за соломинку….  Я ненавижу эту кровать!
• Почему?
• Потому что сегодня твоя Эмилия снова будет ласкать и обнимать меня…. Она будет гладить мое лицо, навсегда стирая на нем мои черты….  На моем лице он снова будет целовать твои губы, проклятый Шекспир!… Она будет царапать меня, сдирать с меня кожу, пытаясь сквозь мое тело пробиться к твоему телу…
• Дай-ка я тебя расцелую, граф! – рассыпавшись по комнате смех и ликование, разбившись на тысячи зеркальных осколков и солнечных зайчиков, закричал Шекспир!
• Не надо, – рассмеялся граф Саутгемптон. – Не целуй! Мои губы болят… от её
поцелуев."

Сонет 42
http://shakespeare.ouc.ru/sonnet-42-ru.html
----------

Моей любимой ты сейчас владеешь,
но ты не властен над её душой.
Когда её ласкаешь и лелеешь,
не знаешь тайны страшной и большой.

Когда она тебя в кровати любит,
она стирает все твои черты
и лепит поцелуем мои губы,
на теле чувствуя мои персты.

Меня в тебе почувствовав под кожей,
старается содрать её с тебя.
В твоих прикосновениях на ложе
мои прикосновения пьянят.

И не твои она целует губы,
меня, а не тебя она так любит.
 
Сонет 42
----------
Оригинальный текст и его перевод
----------

That thou hast her, it is not all my grief,
And yet it may be said I loved her dearly;
That she hath thee, is of my wailing chief,
A loss in love that touches me more nearly.
Loving offenders, thus I will excuse ye:
Thou dost love her because thou know'st I love her,
And for my sake even so doth she abuse me,
Suff ring my friend for my sake to approve her.
If I lose thee, my loss is my love's gain,
And losing her, my friend hath found that loss;
Both find each other, and I lose both twain,
And both for my sake lay on me this cross.
But here's the joy, my friend and I are one.
Sweet flattery! then she loves but me alone.

То, что ты обладаешь ею, - не вся моя печаль,
хотя можно сказать, что я любил ее горячо;
что она обладает тобой - вот главная _причина_ моих стенаний,
потеря в любви, которая задевает меня сильнее.
Любящие грешники [обидчики], я оправдаю вас так:
ты любишь ее, потому что знаешь, что я люблю ее,
и так же ради меня она изменяет мне,
идя на то, чтобы мой друг ради меня испытал ее.
Если я теряю тебя, то моя потеря - это приобретение для
моей любви,
а теряю ее - мой друг приобретает эту потерю.
Двое находят друг друга, и я теряю обоих,
и оба ради меня возлагают на меня этот крест.
Но вот утешение: мой друг и я суть одно, _и, значит_, -
о сладкое самообольщение! - она любит меня одного.

Сонет 42
http://shakespeare.ouc.ru/sonnet-42-ru.html
----------

Моей возлюбленной сейчас владеешь,
но не о том сейчас моя печаль.
Она владеет тем, кто в самом деле
дороже всех мне и его мне жаль.

Его потеря для меня больнее,
хотя любил её я горячо.
Но оправдаю вас ещё сильнее.
чем вы бы оправдались в свой черёд.

Её ты любишь потому что знаешь,
что я люблю её уже давно.
Она же мне с тобою изменяет,
поскольку мы с тобою суть одно.

А это значит, одного меня
она так любит, то есть не тебя.

Устав от сладости твоей любви,  я пил и пил горькие отвары, будучи вполне здоровым, желая заболеть понарошку еще до того, как это случится по правде... Но я узнал лишь ту правду, что лекарства – яд тому,  кто болен тобой. Каких зелий я не пил из слёз обольщающей ведьмы, настоянных на адских кореньях, переходя от страха к надежде и от надежды к страху, я всегда терял, чувствуя себя победителем. Это грубая ошибка, допущенная моим сердцем – надеяться на победу…
Теперь я узнал новую истину, что зло – это добро, что чем лучше мне с ней – тем будет хуже, и где стараешься склеить любовь, там непременно будут ее осколки. Поэтому я обращал предназначенные мне упреки на нее и, поступивши худо, трижды получил добро».