Злорадное удовольствие...

С определённым удовлетворением могу констатировать очевидный факт, моя личная, на мой взгляд, весьма среднестатистическая, интуиция сработала куда эффективнее, нежели чуйка тех одиозных «говорящих голов», что всегда старались держаться поближе к главной кухне скрепной страны.

Эти очень неубедительные «работники языка и глотки», постоянно держа нос по ветру, почему-то рассчитывали на очень длительный, приближающийся к понятию «стабильный», личный общественный и финансовый успех. И это, по меньшей мере вызывает недоумение у всех остальных людей. Потому как, кому как не этим деятелям, должно быть известно, что на их стороне Луны, надёжное предчувствие рождается отнюдь не отоларингологически. А, так сказать, совершенно через противоположные места и физиологические отверстия. Проще говоря, не тем местом они предчувствовали.
Соответственно этой изначальной принципиальной ошибке, этих теперь ожидают удивительные приключения, на те их части тела, которыми они забыли воспользоваться, прикидывая свои перспективы.

Всё, что они успели заиметь на те средства, которыми разлагающийся режим щедро оплачивал их примерное ему служение, очень даже легко будет изъято новой властью. И это произойдёт наверняка, независимо от того, будет ли новая власть развёрнутой в сторону гуманизма и человеколюбия, или наоборот, к власти придут ещё большие мизантропы. Во втором случае этих ещё скорее оберут до нитки, только не подумайте, что я им сочувствую, просто это будет происходить весьма скрытно. Они просто начнут исчезать из информационного поля, не оставляя даже расходящихся кругов на воде. Без предоставления последнего слова.

Внешне будет даже создаваться впечатление, что какой-нибудь там Скабей-Попов или Соловей-Норкин, просто уволился по собственному желанию, и с головой ушёл в частную жизнь, очень и очень обеспеченную предыдущим ударным трудом. Вроде знаменитого римского императора Гая Аврелия Диоклетиана, удалившегося от общественных дел в хорватский город Сплит, с целью выращивания капусты. Увы, для них, это будет не так.
Пользуясь соображениями, которые подсказывает мне моя интуиция, а она, напоминаю, пока меня не подводила, полагаю, что на первых порах к власти придут отнюдь не благородные «отцы основатели» или пламенные якобинцы. Придут люди, ещё менее озабоченные чаяниями «трудового народа» и приданием своей деятельности законо-образности. Власть, как возможность исправления сложившейся провальной ситуации во всех областях жизни страны, их не будет интересовать в принципе.

Их цель будет, как бы это не звучало занудно, экспроприировать. Причём не только экспроприаторов, как оправдывали свою, изумившую всех, деятельность большевики когда-то. А вообще всех и всё. Допускаю, что в массе своей, новые бенефициары даже не будут иметь понятия, что со всем этим добром они будут делать дальше. Скорей всего воспользуются идеологией предыдущих держателей режима. Упри всё, что можно здесь. А тратить спёртое, постарайся там.
Это безусловный тупик, в свете современного отношения окружающего Мира к капиталам, имеющим происхождение в скрепной стране. Но пока они это поймут и разубедятся в своих способностях выйти из этого тупика, экспроприацию они проведут полномасштабную.

А те «говорящие головы», что позволили себе хотя бы мало-мальскую публичность и известность, годятся в жертвы в первую очередь.

Позволю себе такую аналогию. Вот если бы примерно в середине прошлого века, абсолютная власть очень нервного деятеля, которого его мама в детстве наверняка называла нежно – Адик, закончилась не полным крахом, а сменой и приходом какого-нибудь Генриха или Мартина, то говорливому человечку по имени Йозик, всё равно ловить было бы нечего. Ибо в сознании германцев все ужасы, свалившиеся на их головы, были связанны персонально с Адиком и Йозеком. А Генрих или Мартин, в первую очередь поспешили бы откреститься от любого морального наследства.

Точно так же и в наши дни, послужить новым властям разным там симонянчикам и прочим, не удастся. Тем более, что они ещё и намазали свои булки, жирным слоем сливочного масла и икры в три пальца толщиной.
То есть, определённое злорадное удовлетворение, от неотвратимо надвигающихся на их судьбы гигантских чресл ближайшего будущего, мы с вами наверняка испытаем. Хоть это, по большому счёту, безнравственно.

Боюсь показаться вам человеком, не вполне соблюдающим Божьи заповеди, но я готов испытать это злорадное удовольствие, с большим нашим удовольствием!