Бабушкина сказка про коня Тараску

В синем море-океане
Остров, а на нём поляна.
На поляне дом стоит.
В доме бабушка сидит.
Много сказок она знает
И детишек развлекает.
Каждый день приходят к ней
Толпы маленьких детей.
«Расскажи нам, баба, сказку
Про коняжку, про Тараску –
Как он по полю гулял,
Травку на лугу щипал», -
«Что ж, послушайте, детишки,
Вы – девчонки и мальчишки.
Начинается так сказка:
Жил, да был конёк Тараска,
Вольно по полю скакал,
Вольно травушку топтал.
Так и длилось бы пол века,
Только встретил человека.
Человеком был Федот.
Знал его весь русский флот.
Приглядел Тараску Федя
И решил его проведать.
Стал вокруг него ходить,
Сладки речи говорить:
«Гой, ты конь степной Тараска,
Будешь жить со мной, как в сказке,
Будешь сыт, ухожен ты,
Знать не будешь суеты:
Расчешу тебе я гриву,
Станешь, ох, какой красивый –
Не чета простым коням.
Я за это всё отдам», -
Говорит ему Тараска:
«Не нужна мне твоя сказка.
Я на воле только жил,
Ни о чём я не тужил.
А теперь меня в село?
Эко, мне не повезло.
Не хочу пахать я поле.
Лучше буду жить на воле», -
«Экий ты, Тараска, всё же:
Воля для тебя дороже.
Будешь верным другом ты –
Сбудутся твои мечты.
Тут и волки, и опасность»… -
«Не упрашивай напрасно.
Вольный ветер и поля –
Безгранична мать-земля.
Здесь меня все звери знают.
Там любой барбос облает.
Нет, Федотушка, прости,
Нам с тобой не по-пути.
Но Федот не отступился.
Сам с Тараскою простился,
Но решил он вот как быть:
В сеть Тараску изловить.
Ведь Тараска – конь добротный.
С ним не стыдно на охоте
Перед всеми щеголять,
Диких уточек стрелять.
Рано утром на рассвете
Наш Федот расставил сети,
Чтоб Тараску изловить
И безвинно погубить.
Вот Тараска утром рано
Поскакал к своей поляне,
Не заметил сеть и вот
Он уж бьётся и ревёт:
«Кто посмел здесь сеть расставить?
То никак Федот лукавый!
Всё равно я убегу!
Буду жить я на лугу»! –
Тут к нему Федот выходит
И такую речь заводит:
«Зря ты мне не покорился,
Жить со мной не согласился.
Всё равно ты будешь мой –
Так уж велено судьбой», -
Оседлал Федот Тараску,
Только не был шибко ласков –
Хлещет плетью по бокам,
Погоняет его в стан.
В стане всем он начал хвастать:
«Гляньте, жеребец прекрасный!
Ни кому я не отдам,
Ни за что я не продам»! –
Ухарски по стану скачет,
А Тараска, бедный, плачет:
«Не видать мне больше воли,
Не резвиться в чистом поле,
Песни сладкие не петь,
Долю горькую терпеть», -
По двору Тараска бродит,
И никто к нему не ходит –
Нет ни зайца, ни лисы.
Только куры, утки, псы.
С ними жить неинтересно –
Ни какой не знают песни.
Целый день – туда-сюда.
Лишь бы им была еда.
А Тараске б в чисто поле,
Порезвиться бы на воле –
Эко, было б хорошо!
Что ему загон большой?
А Федот не понимает –
Целый день его ласкает,
Приручает быть вдвоём,
Не брыкаться под седлом.
Но Тараска – конь ретивый.
С юных лет он был строптивый.
Ни к чему ему узда.
Это для него беда.
А Федот друзей сзывает,
Перед ними щеголяет:
«Вот, какой у меня конь!
Дикий, с норовом. Не тронь!
Сам его я изловил –
Он мне в сети угодил», -
А друзья только дивятся:
«Надо же, какой красавец!
Норов – это по тебе.
Приучи его к узде
И тогда верней не будет
У тебя вовеки друга.
С ним в беде не пропадёшь,
От врагов всегда уйдёшь», -
Наш Федот друзей послушал
И решил, что будет лучше
За Тараской присмотреть,
При себе имея плеть.
Год держал Федот Тараску.
Никогда с ним не был ласков.
Только вовремя кормил,
Да частенько плетью бил.
Тут зовут друзья Федота
Прокатиться на охоту.
Оседлал Тараску он
И помчался под уклон.
Вот, на поле приезжает,
Птичек и зверей стреляет.
А Тараске птичек жаль,
И нахлынула печаль.
Он не смог стерпеть такого
И понёс без остановок,
Скинул быстро седока,
Сгинул в пыльных облаках.
И Тараска вновь доволен:
Наконец-то он на воле.
Ни каких тебе плетей,
Лишь раздолие степей.
И Тараска рад, что снова
Скинул тяжкие оковы.
Поле, травы, да ковыль,
Ветер гонит всюду пыль.
И теперь никто не может
Вновь Тараску потревожить.
Счастлив он не долго был:
Снова в сети угодил.
Ведь его купец заметил.
Как-то утром на рассвете
Он решил: «Конь вот такой
Непременно будет мой», -
И Тараска вновь в неволе.
Для него нет худшей доли –
Или травушку топтать,
Или на судьбу роптать.
Вспоминает он напрасно
О той жизни распрекрасной,
Когда был свободен он,
Словно это сладкий сон.
А купец конём гордится,
И поехал он в столицу,
Чтоб жену себе сыскать,
На красавце покатать.
За Тараской слуги ходят,
Себе места не находят:
Как не знают угодить,
Чем не знают накормить.
Успокоился Тараска –
Видит, что хозяин ласков,
И решил он не тужить,
И по-новому пожить.
Вот, купец домой явился –
На красавице женился.
Хвастает своим конём.
«Покатай меня на нём, -
Говорит жена купцу. –
Эта лошадь мне к лицу», -
Что не сделаешь для милой.
Расчесал коню он гриву,
Стал его он запрягать,
Чтоб красотку покатать.
Что поделаешь, Тараска
Поздно понял, что не в сказке,
И теперь он ездовой.
И смирился он с судьбой.
А купец поехал в город.
Возрастом он был не молод,
А жена, как май, свежа –
В этом доме госпожа.
Вот, купец с женой в столице –
Молодой бы веселиться,
А купец ворчит, брюзжит,
Да на ярмарку бежит.
Там он встретился с друзьями
И похвастался делами:
Рассказал, что новый конь,
Что женат на молодой.
Все от зависти покисли:
Им такое и не снится.
И давай ему шептать
Им молодку показать.
Он, конечно, согласился,
Думает: «Ведь я женился,
Значит, женщина моя,
Значит, ей владею я», –
Но купец наш ошибался
И на удочку попался:
Ведь друзья были моложе.
Что жена исчезнуть может –
Это даже невдомёк.
И привёл её дружок.
Все ей долго восхищались,
Их согласью удивлялись,
А потом давай шептать:
«Тебе счастья не видать.
Старый он, ты молодая,
Ты его совсем не знаешь –
В гневе н как сатана», -
Опечалилась жена.
Стала думать, размышлять
Как ей быть, что предпринять?
Заприметила другого –
Сильного и молодого,
Но решиться не могла –
Набожна она была.
Только время камень точит –
Мужа уж она не хочет,
А мечтает о другом,
О красавце молодом.
А купец кругами ходит,
Себе места не находит,
Только видит, что жена
Почему-то холодна.
Он сначала думал: «Вздор»! –
Но затеял разговор.
А она, бедняжка, плачет.
Понял он, что это значит,
Осерчал и говорит:
«Видно, нам с тобой не жить»! –
Выгнал он её с позором,
Попрекая вслед укором:
«Ты мне больше не жена!
Мне такая не нужна»! –
Что ж, поплакала девица
И поехала в столицу.
Если с мужем не свезло,
То с другим будет назло.
А купец по дому ходит,
Ревность старика изводит.
Как могла его жена
Стать к нему так холодна?
Что же с ними приключилось?
Почему она влюбилась?
Как могла его забыть?
Что же делать? Как тут быть?
Так прошло немного дней –
Закручинился по ней.
А она пошла к другому –
Юлиану молодому.
Принял Анну Юлиан:
«Надоел тебе Степан»?
«Нет, расстались полюбовно.
Он и слова мне не молвил», -
Анна говорит ему.
«Ничего я не пойму.
Было всё у вас прекрасно.
Он с тобой был ежечасно.
Вдруг расстались. Что за блажь»?
«А, поди, его уважь!
Вечно ревностью изводит,
За собой за руку водит.
Всё боится – уведут.
Слуги вечно стерегут.
От такого я устала,
Всё хочу начать сначала.
Душу мне извёл Степан», -
Удивился Юлиан:
«Да, такой красой-девицей
Надобно ему гордиться.
Как он мог так поступать?
Что он выдумал опять»! –
Пролетело время скоро
За подобным разговором.
Пили чай и ели мёд.
«Батюшки! Степан идёт»! –
Анна вскрикнула и встала,
И из дому побежала.
Увидал её Степан:
«Ах, проклятый Юлиан!
Ты жену мою увёл!
Ты меня всего извёл!
Змием в душу мне залез
И с женой моей исчез»! –
Юлиан развёл руками:
«Право, что мне делать с вами?
Были счастливы и вдруг
Над собой замкнули круг.
Ты б, Степан, не сочинял,
Лучше б жинку забирал
И езжал бы из столицы.
Ведь обидел ты девицу».
«Я её! – вскипел Степан. –
А ты знаешь, Юлиан,
Что красавица-жена
В молодого влюблена»?
«Влюблена? Жена? В кого же»? –
«Отыскала помоложе.
И, похоже, что в тебя».
«Быть не может! Анна»! «Я»…
«Ах, ты подлая змея»! –
Муж воскликнул возмущённо. –
Ты жена мне по закону.
И должна со мною жить!
Вздумала мне изменить!
Я тебя ли не лелеял,
Называл душой своею,
Ни носил ли на руках?
Ни купалась ли в цветах?
Чем за это отплатила»! –
Стала Аннушка уныла
И не знает, что сказать,
Как поступок оправдать.
Только быстро встрепенулась
И на мужа оглянулась:
«Ты ж сказал, что не жена,
Что такая не нужна»! –
Тут Степан совсем поник:
«Разве я такой старик?
Ну, прости меня, болвана,
Ревновал я к Юлиану,
Сделать ничего не мог.
Без тебя я занемог,
Без тебя я не умею,
Возвращайся поскорее», -
«Вот, как ты заговорил!
Без меня и свет не мил.
А, когда меня ты гнал,
Чем ты думал, зубоскал?
Почему я стала милой,
И какая тебя сила
Всё заставила простить»?
«Я не знаю, как мне быть.
Без тебя я пропадаю,
О тебе одной мечтаю.
Горе, горе без тебя!
Анна, не бросай меня»! –
Смотрит на Степана Анна,
А потом на Юлиана:
Как ей быть, что предпринять?
С кем жизнь заново начать?
Вот, подумала немного
И решила в путь-дорогу
Собираться в мужний дом.
Юлиан? – забыть о нём.
Вот, домой вернулась Анна
И забыла Юлиана.
Улеглось всё и прошло
И, как прежде, потекло.
Но однажды Анне снится,
Что поехала в столицу
И осталась навсегда.
Что за новая беда?
Тут к жене Степан подходит,
С Анны глаз своих не сводит:
«Дома всё сидишь одна.
Не соскучилась, жена?
Я хотел бы прокатиться
На коне своём в столицу.
Взять тебя хочу с собой».
«Я не против, дорогой», -
Выехали они рано.
Первая проснулась Анна,
Стала думать и гадать,
Что же в путь с собою взять,
Как ей лучше нарядиться,
Чтоб отправиться в столицу?
Целый час она металась
И усердно собиралась.
Наконец-то всё при ней,
И не стыдно будет ей
Снова людям показаться
И купчихой называться.
Встал Степан и понемногу,
Собираясь в путь-дорогу,
Стал жену свою хвалить,
Сладки речи говорить:
«Ой, ты, милая жена,
Ты красива и стройна.
Я ни сколечки не вру –
Хоть сейчас же ко двору»,-
Анна слушала его,
Не ответив ничего.
Наконец они собрались,
В долгий путь вдвоём помчались,
Пыльный ветер бил в лицо,
На персте блестит кольцо.
Бьёт Степан коня Тараску –
В этот день он был не ласков,
Ведь в столицу он спешил –
Всем похвастаться решил.
Получив один урок,
Видно, было невдомёк,
Что всё может повториться.
Пролетело всё, как птица,
Не оставив и следа,
Значит, это не беда.
Вот, приехал он в столицу,
А народ там веселится:
Праздник в городе идёт –
Каждый зрелище найдёт.
Вот шуты и циркачи,
Песняры и силачи.
И кого там только нет –
Собрался весь белый свет
Долго все вокруг шумели,
Но внезапно присмирели:
В городе явился царь,
И затихло всё, как встарь.
Поклонились ему люди –
Смотрят, что же дальше будет?
Царь прошёл мимо людей
И купцу идёт скорей.
Приглянулась ему Анна,
Что вполне было не странно:
И красива, и стройна –
Чем не знатная жена?
Подошёл наш царь к Степану,
Молвил: «Отдавай мне Анну.
Сам же будешь при дворе –
В золоте и серебре», -
Хоть Степан и возмутился,
Всё ж царю он поклонился,
Стал его он умолять
Аннушку не забирать.
Только царь, как дьявол дышит –
Разозлился, в ноздри пышет:
«Царь я вам или не царь?!!
Это я твой государь!
Что велел, тому и быть!
Нечего меня дурить»! –
«Но ведь мы уже женаты»… -
«Ничего. Свезу в палаты.
Разведу её с тобой.
Будет девица со мной». –
Делать нечего Степану:
Отпускает молча Анну,
А она опять в слезах,
Всё наладилось, и ах!
Но потом вдруг поняла,
Что царю она мила,
Будет жить теперь в столице
Не купчихой, а царицей.
Сразу же заулыбалась,
Жизнь прекрасной показалась,
И пошла она с царём,
Позабыв про отчий дом.
Опечалился Степан.
Тут подходит Юлиан:
«Боже мой! Какие люди!
А жена где? Дома будет»?
«Нет. Жены уж больше нет.
И не мил мне белый свет»!
«Что случилось? Померла»?
«Нет, похуже, брат, дела:
Царь жену мою увёл –
Вот, как бес меня провёл»! –
Юлиан развёл руками:
«Прям беда случилась с вами.
И не знаю, чем помочь,
Ведь царя не превозмочь.
Посочувствовать могу,
Но в беде не помогу», -
Опечалился Степан:
«Что ж, прощай, друг Юлиан», -
Так расстались, наконец.
Тут к купцу бежит гонец:
«Я от батюшки царя!
Ты продай ему коня.
Больно конь твой приглянулся».
Тут Степан совсем надулся:
«То жену, теперь коня!
Да, оставьте вы меня!
Я на чём домой поеду?
Мало вам одной победы»? –
«Царь купить его желает,
Много денег обещает.
Ты продай уж, бога ради.
Не останешься в накладе», -
Стал Степан совсем не весел –
Голову свою повесил.
В один день ушла жена –
Жизнь такая не нужна,
В один миг всё потерял,
И, что делать, он не знал.
И поехал он домой,
Раздосадован судьбой.
Чем ему теперь гордиться?
Тишина в его светлице.
Всё забрал проклятый царь.
И взяла купца печаль.
Ни куда он не выходит,
Себе места не находит,
Анну часто вспоминает,
И вернуть её мечтает.
А она живёт с царём
И забыла обо всём.
Долго царь к ней ласков был,
Чуть ни на руках носил,
Но настали времена –
Стала Анна не нужна.
Стал её не замечать,
Словом ласковым встречать.
Закручинилась она:
«Ни кому я не нужна».
Так продлилось много дней:
Царь не вспоминал о ней,
Ничего не говорил
И подарков не дарил.
Загрустила наша Анна.
Тут проснулась утром рано
И к окошку подошла,
Да на месте замерла.
Видит: кони во дворе
В золоте и в серебре.
Рядом кто же? – Юлиан
Весь разряжен, как султан.
Поступил к царю служить,
При дворе он будет жить.
И теперь от частых встреч
Ей себя не уберечь.
И во двор сбежала Анна
Посмотреть на Юлиана.
Там царя он поджидал,
Сделал вид, что не узнал.
Анна тихо подошла,
Молча руку подала.
Замер он: а ведь не врал
Старый друг его Степан.
Он не мог не удивиться,
Глядя на свою царицу
И решил он, стало быть,
Её сердце покорить.
Незаметно дни мелькают.
При дворе её встречает
В одеянье золотом.
Что же сделалось потом?
Всюду слуги, всюду знать.
Приглашает танцевать.
Вот они разговорились,
В шумном танце закружились,
Оба счастливы, как дети.
Царь такое заприметил,
Анну с бала удалил
И отчаянно побил.
Плачет Анна, понимая:
Кончилась любовь большая,
Не увидеть больше ей
Царской ласки и детей.
Царь уж стар – какие дети?
Плачь, не плачь, а слёзы эти
В горе Анну не спасут,
Счастья вновь не принесут.
И тогда она решилась –
Быть счастливой согласилась.
Пока царь дела вершит,
Анна к милому спешит.
Юлиан с ней хороводит –
С милой глаз своих не сводит,
А она вертит хвостом.
Что же будет с ней потом?
Вот однажды он решился:
«Я в тебя давно влюбился.
Милая, давай сбежим
На Кавказ, а, может, в Крым».
И вняла она словам,
Ведь она была права:
Царь её уж не любил
И недавно так избил,
Что насилу поднялась,
А теперь бушует страсть.
И пошла она к Тараске:
«Царь всегда с тобой был ласков.
Помоги же мне, дружок,
Увези нас на восток».
Так Тараска слушал Анну,
Топнул он ногой упрямо,
А потом и говорит:
«Помогу, но вы должны
Отпустить меня на волю
Сразу, как я всё исполню,
А иначе к вам беду
Я за руку приведу.
Вспомни своего Степана».
Призадумалась тут Анна:
А ведь, правда, всё имел,
Потерять за час сумел.
Царь ведь тоже так гордился
И Тараской, и царицей.
А теперь опять беда:
Всё исчезнет в никуда.
«Хорошо, - сказала Анна.  –
Отпущу тебя, мой славный,
Только в Крым доставишь нас,
И свободен сей же час».
Анну даже не смутило,
Что с конём поговорила,
И что конь при всём при том
Молвил русским языком.
И никто их не подслушал,
Разговора не нарушил.
И пошла она к себе
Собираться в путь скорей.
Объявила Юлиану
О решении желанном,
Ну, а он давно готов
Безо всяких лишних слов.
И на следующее утро
Лишь сверкнуло перламутром
Красно солнышко чуть-чуть,
Тронулись в далёкий путь.
И никто их не видал,
Куда делися – не знал.
Царь от горя заболел
И скончался в тот же день.
Ну, а Аннушка моя
Убегает от царя.
В Крым приехала и вот
От народа узнаёт,
Что его уж нет в-живых –
Радость-то для молодых!
И они не собирались –
В церкви быстро обвенчались,
Закатили целый пир,
О котором знал весь мир.
А Тараску отпустили
И за всё благодарили.
Пусть гуляет себе в поле,
Травку щиплет на просторе.
У царя неплохо, всё же,
Только воля, брат, дороже.
Не вернётся он туда
Ни за что и никогда.
А откуда я всё знаю?
А была я молодая
И бывала в тех краях,
И Тараску знала я.
Он мне сказку рассказал,
А потом в поля умчал.

Сказка ложь, да в ней намёк:
Меньше хвастайся, дружок.
28. 06. 2020