Мельчают строки пред глазами

Мельчают строки пред глазами,
пламень для души,
Когда ловушки расставлены
и сети даже видны.
Я верю, прелестный писатель,
в волка от алчбы:
Условия ум диктует —
к чести из пустоты.

В мотивах странных мышлений
в потребу страсть-нужда,
Приветствие молний свет яркий —
прочерк в небесах.
Судьбу украсит философ,
Художники парят...
Во власти льётся на острог
холодная слеза.

Касаться главного нельзя,
 и что? Нет разве вздорного?
Боль обезличивать в грехах —
не просто так у сонного.
Кому-то хочется вкушать
для неги чувство ново,
Хотим любимого — себя...
 И мерим плащ без проса.

Всё можно ли догадкой брать
в какой-то час и понемногу?
Крутить смычком и шторм гонять
под птичий гам бесовский
на призраки в канцоны?
Причастье к Божьей красоте
 берёт мир за основу,
Чтоб полетели нежно искры в сад
от фейерверка с флёром.

Питался принц чёрной силой дрона
 из-за проблем,
До райских ароматов непорочных
так всё ж не долетел.
Амур... и смех из сена с вонью,
с признаньем рушит крутые стога,
Нет для свободного
преград в уставах, как и лишних фраз.

А можно ли блудить, когда —
невзыскательны слова,
Но можно ль тишины печать
 пронзить стрелою языка?
Влагаем навык в сердце
и троны врагов от лести,
Но только сласти все стали
тут ложью из-за мести.

Пропятый на Кресте,
стенания все слышит Бог;
И каюсь снова в карусели днями,
вновь несу поклон.
На самом деле наш Господь —
Сын Божий в чувствах строг.
Зло от молвы ткала истома,
растёт в молитвах бесогон.

Да есть больная философия,
на ум в нужде и чёрт забредёт!
Да только велик Божий Промысел,
Знай своё место, сверчок!