Места, где мы живём

От тундры северной до гор на юге
Россия позволяет каждому для жизни место выбирать.
И люди расселяются повсюду,
И новые места не прекращают обживать.

Ландшафт нашей страны многообразен,
Но человек устраивается там, где он пристанище нашёл.
А всё-таки душой всегда привязан,
Лишь к тем местам, где своё детство он провёл.

Возможно, это и не повсеместно,
Поскольку примеряю я сеё на опыт свой.
Но и творенья личностей известных,
Поддерживают этот вывод мой.

Особенно присуще это тем, кто родом из деревни,
Кому пришлось пожить от родины вдали.
Наверно, городская жизнь беднее в разных проявленьях,
Дома с удобствами, асфальт и в магазинах пищи завались.

Кому ж пришлось познать все тяготы из деревенской жизни,
Всем тем, кто, волею судьбы, в деревне родились.
Тот не забудет никогда тех дней сюрпризы,
И вряд ли успокоится душой, освоив городскую жизнь.

Рытхэу тундру защищал всегда азартно,
Хотя концовку жизни в Питере прожил.
Но из его рассказов ясно, что влекло его обратно,
Что связи с родиною он не прекратил.

Шукшин Василий жил своим Алтаем,
Территориально находясь в Москве.
Но литературные его произведения звучали,
Напевами из жизни в той тайге.

А Шолохов всю жизнь прожил в степных районах,
Лишь ненадолго отлучаяся в Москву.
И вольница степная отдавалась звоном,
Во всех его трудах, и степью жил он на яву.

Расул Гамзатов горы воспевал и будучи от них в далёком далеке,
Наверно потому, что он в горах родился.
Хоть тридцать лет прожил в Москве,
Но Дагестан не забывал, и возвратиться в горы он стремился.


Задорнов Николай прожил пол жизни в Риге,
Но лучшие романы он Дальнему Востоку посвятил.
По-видимому, помнил, как в тайге по камням  прыгал,
И на реке Амур своё он детство проводил.

В своих стихах Дементьев много говорил о Волге,
О жизни тех, кто на реке великой жил.
Хотя в Москве прожил он долго,
Но сцены детства он с годами не забыл.

И этот список бесконечен, судя по-всему,
В нём будет множество людей.
Уже известных, а порою неизвестных никому,
Мечтающих вернуться к детству своих дней.

И я один из тех, кто деревенской жизнью дорожит,
Хотя всю жизнь прожил, общаясь с ней издалека.
Я тот, кто не забыл степей и их раздолья вид,
Кто помнит жаворонков звон и свежесть ветра у виска.

«А что такое степь, что про неё сказать?» -
Чтоб человек, прочёв строку, задумался о ней.
Чтоб непременно захотелося ему туда попасть,
И ощутить бескрайность и раздолье тех степей.

Я в небольшом повествованье здесь,
В сравненье с Подмосковьем степи опишу.
И ощущения свои от этих мест,
Без всяческих прикрас перескажу.

Поскольку волею судьбы не степь, а зона Подмосковья
Пристанище моё, я здесь несу свой крест.
И тут хожу я в лес, на речки, а порой и в поле,
Но не лежит душа к природе этих мест.

Леса сырые, душные с лосиной мухой, комары в них гадки,
И за деревьями не видно ничего.
Хотя грибов в этих лесах всегда в достатке,
И для охоты зверя всякого полно.

В полях трава, как будто не живая,
А наклонишься к ней, там тучи комаров.
Дезодорант не всякий их пугает,
И из-за них проблемы с выпасом коров.

В степи похожая трава растёт в сырых местах.
Коровы её летом не едят.
Только зимой, когда проблемы есть в кормах,
Сухое сено из такой травы они от голода всё ж пробуют жевать.

Зимой, конечно, снег всё закрывает,
И в Подмосковье лес красивым кажется порой.
Но человек для отдыха обычно лето ожидает,
К теплу и солнцу едет в край другой.
 
Туда, где на траве можно валяться,
Где можно спать на сене, совсем не опасаясь комаров.
Где сено можно в чай заваривать и не бояться,
Что он не вкусным будет, иль от него ты будешь не здоров.

Полезность молока степной коровы не оценить колориметром.
Его лишь можно там, в деревне ощутить.
В нём сила трав, энергии от солнца с ветром,
Им все болезни можно излечить.

Спокон веков места такие степь Орловская давала,
Ну и народ селился плотно там всегда.
Ещё с тех пор, когда Орда там летом кочевала,
Их «Диким полем» называли иногда.

На этих землях по поречью у Сосны реки,
Которая на быстрой скорости впадает в Дон.
Селились в своё время казаки,
И юг России защищал из них кордон.

Там чернозёмы лучшие на свете,
В них всё растёт, ты лишь рассаду посади.
Там чистый воздух, дует свежий ветер,
Там видно всё кругом на километры впереди.

Там флора превышает тыщу шестьсот видов,
Их на квадратном метре больше тридцати.
Рельеф – волнистая равнина безо всяких скидок,
Ну, а весной ковёр цветов, что глаз не отвести.

Я в тех краях родился, и начал жизни постигать законы,
И там я вольности степей успел хлебнуть.
Запомнил запах трав и жаворонков звоны,
Которые и помогают выбирать по жизни путь.

Стезя учёного по этой жизни мне досталась,
И с чистого листа приходится мне много создавать.
Наверное степная вольность часто позволяла
Мне не стандартные решенья принимать.

Могу предположить, что та земля, где ты рождён для жизни,
Где пуповину завязали на тебе.
Будет помощником тебе до тризны,
И добрым талисманом по судьбе.

август 2020