Город - эхо...

Этот город не всем открывается вещею книгой,
где любая страница - неведомой тайны печать.
Небо здесь не цветёт даже летом сияньем индиго.
Хорошо здесь над ртутными водами мудро молчать.

Вдоль канала неспешно  идти, выдыхая тревогу -
тает марево клёнов... Но монументален гранит.
Что-то гордое есть в этом облике стройности строгой.
Ангел там, на Дворцовой, доверишься, - благословит.

Лунной лодочкой месяц заходит в объятья собора.
Бросит якорь - не бросит? Пленителен тающий свет -
серебра рассыпающий отблески и мельхиора...
Я больна этим городом. Нужен ли иммунитет?

В вечность вздыбленный конь и змея с истекающим жалом,
фонарей златоглавых с торжественной сутью туман,
перекрестье каналов, как скифских звенящих кинжалов, -
с этим городом дерзким бессрочный любовный роман.

Он похож на воителя в медных звенящих доспехах.
Мудрость сфинксов надёжной защитой на тысячи  лет.
Что Париж...? Только Питер призывным настойчивым  эхом,
только он для  души как могущественный  амулет.