Шустов не допит

Порой тревожно осознать:
     Эрцгерцог был убит.
И ополчилась рать на рать,
     А шустов не допит...
Григорий складывал персты,
     Крестил болезный Дом,
Ландвер смеясь сжигал мосты,
     А Танненберг потом.
Потом придушит желтый газ
     Упрямый Осовец,
И будет всё в последний раз -
      Империи конец.
Ильич поправит котелок
     И двинется домой,
Там на Дворцовой топот ног
     И холодно зимой.
Там Каннегисер молча ждёт,
     И вот злодей убит.
Строчит под Стрельной пулемет,
     А шустов не допит.
Мой прадед прячется в подвал,
     С ним выводок детей.
Буденный Полоцк резво брал
     И дал коням плетей...

Я сыт по горло, сыт и пьян,
     Рябит калейдоскоп,
Шумит маньчжурский гаолян,
     Солдат вгоняя в гроб.
И мне уже не по по плечу
     Сей неподъемный груз.
Я в светлый путь не полечу,
      Не потому, что трус.
А потому что нет пути
     И цели тоже нет.
Сидишь, как ангел во плоти,
     Кляня весь белый свет.
Сидишь и чешешь красный глаз,
      Имея бледный вид.
Кто похлопочет там за нас,
      Коль шустов не допит?