Стажер Великого инквизитора

Читайте "Европа. Акт 3-й. Все  дописано и вошло туда. 
Не судите строго. Я любитель, не более. 
Стажер Великого инквизитора

Рим… Рим… Древний Рим… Где этот город? Где можно посмотреть те великие развалины, намекающие на его бывшую величественность.? Их нет. Все снесено. Никто даже не знает кем. Одни говорят, что русскими, одни говорят, что им помогали беженцы с Африки. Отдельные шепчут, что их разрушила армия Новой инквизиции, но этих хватают и тащат на костры. Те, кто действительно знал — либо умерли, либо молчат. Сейчас прошло уже 70-т лет со времени, когда умерли все старики. Остались живы только молодые люди с 22-х лет и младше.
Почему умерли старики? Одни говорят, что их убили русские, другие говорят, что их убил вирус, который принесли выходцы из Африки. Отдельные неразумные шепчутся, что их замучили в лагерях «Труд и совесть». Безумцы! Правильно, что таким вырывают языки и ставят клеймо на лоб. Старики умерли от болезни «Которой нельзя было лечить». Нет, старики умерли не во всем мире. Там, в России, за великой Польской стеной, за морем в Африке, в далеких Китае и Индии старики выжили. В этих странах, болезнь «Которую нельзя было лечить» тем не менее лечили, жаль эти страны. Эту болезни наслала на стариков великая богиня Ра, восседающая на троне Вальгаллы. Она забрала у стариков жизнь. Старики заплесневели в ошибках древности. Они помнили ошибки прошлого. Все помнили. НО возможно ли, чтобы все могли правильно осмыслить действительность, понять и выделить из множества отдельных событий суть? Осмыслить правду, все ли способны?
Как вразумляет Учение Великой Ра: «Если удобрением знаний поливать сорные мозги, то как ты будешь потом их выкорчевывать? Они вырастут и убьют правду своими сорными размышлениями. Они станут еретиками! Ведь во многих знаниях  - многие печали! Груз знаний должен ложится на культурные мозги». А до времени, когда умерли старики «удобрением знания» «поливали» всех, всем был доступен это груз. Но любой ли способен был его осмыслить? А если не способен, то не мешали ли обществу двигаться вперед эти «сорные размышления» сказанные вслух?
В тех далеких странах (и в России, за польской стеной) до сих пор мучают женщин страшной мукой! Эти безумцы заставляют всех своих женщин рожать детей! Да! ДА!!! Их женины  своих детей рожают сами и по принуждению! Их женщины — это единственный источник, который дает возможность воспроизводить свое население. Зачем, зачем же мучить женщин? Все это может взять на себя государство, так любезно содержащее Великий инкубатор. Но нет, правительства тех далеких стран не соизволит потратится даже на малое подобие Великого инкубатора, оно издевается над своими женщинами. Всех этих безумцев надо судить! Все они погрязли в своем бескультурье. 
 Вот и сейчас, на главной площади Рима, прямо на берегу реки Трент произойдет действие Великого суда. Великая Сапа. В круге, выложенном из кирпичей, отобранных из футеровки старой домны, возводилась заготовка  костра на три персоны.
В это время Главный инквизитор восседал на троне, сваренном из затупленных кос, серпов и молотков. Трон находился в темном зале, освещаемом яркими светильниками только  в нужных местах так, что можно было легко вынырнуть из тьмы.  Входящий сразу освещался пучком света, который сопровождал его везде, в какую бы часть зала человек не пошел. Иногда, внезапно, прямо среди разговора инквизитор мог уйти в тень и также внезапно появится. Но говорящий должен был смотреть, куда смотрел и говорить, что говорил. Это было правило, которое каралось розгами. Иногда до смерти, но редко.  Сейчас в зале, кроме Великого находился  только его Великий стажер. Это был парень, лет 15-ти. Он был отобран из 1253-х человек, на длинном и скрупулезно  организованном конкурсе. В финал попадали 2 человека. Один воспитывался самим инквизитором. Второй его заместителем. Трое не вошедших в финал воспитывались специальной комиссией. Между собой они общались свободно, но с другими сверстниками (без присмотра) им общаться запрещалось. Кто из них всех станет Великим инквизитором решит судьба, все они были перестраховкой от ее случайностей. Никто из них сейчас не был выше по рангу за другого и всех их называли Инвы. Инквизитор еще раз перечитывал тщательно подготовленный  вердикт суда:
- Такс… Еще раз, первый — тайный русский, его мы палим (умертвивши перед сожжением). Второй — убийца инквизитора, его палим. Палим под наркотиком так, чтобы наркотик перестал действовать, как костер разгорится.  Третий… третий просто убийца. Палить ли его?
- Великий, а не отдать ли его толпе?
- Хм… да… пожалуй надо народ порадовать… Пива толпе двойную дозу, мяса из тандыров,  ухи,  лепешек, пусть бесятся. В барах по всему государству того же. Пуская пар выпускают.
Стажер, несмело:
- Может чай  и кофе в ложу культурной элиты?
- Да и во вторую ложу тоже. Давно такого праздника не было. Год уже как.
- А почему русского умерщвляют? Может, если толпа попросит, спалим его нормально? Я понимаю, что доказательств мало, подумаешь навет соседа. Русский язык не знает, на Сапах  к событию проявлял заинтересованность. Бросал камни в сжигаемых. Один раз даже бутылку бензина в пластиковой таре кинул. Правда… Библию нашли. Но и она не на русском. Но все же... толпа... сюжетец какой...!
Великий, после раздумий улыбнулся и с поддевкой выпал:
- Ну ты и мастер закрутить события. Надо в толпу пару человек подсадить, хороший поворот действа. Красиво можно выкрутить… Опять же, ставки будут ставить. Тотализатор взорвется интересом. Только помедлить надо. Потянуть действие.
- Великий! Я видел в Вашей библиотеке есть книги на русском языке и их много. Зачем  читать произведения заблуждающихся? У них нет и подобия Сапы. Они не палят еретиков, учат  всех подряд грамоте, «Удобряя сорные мозги». Они не верят в учение великой РА! Их женщинам не запрещено рожать, у них нет «Великого инкубатора». Они позволяют знать исторические факты всем, кто этого захочет. Без правильной подачи материала и фильтрации по способности их воспринимать.  Как можно такое представить? Как недоразвитый плебс может правильно осмыслить суть прошедших событий? Да и зачем ему это? В всеобъемлемом учении богини Ра сказано: «И псу неграмотному лучше, нежели ученному льву. Не отягощенный знаниями легко взберется на гору, на которой стоят ворота Вальгаллы. Набирай ношу знаний по силам твоим». Зачем же изучать произведения насколько низших рас?
- Понимаешь, мы с тобой можем отличить правду и ложь. НО ложь, в речах и рассуждениях заблудших надо уметь  различать. Надо уметь выводить их на чистую воду. Если эти книги прочитает незрелый, он может даже восхитится ими. Но мы… мы должны тренировать свой мозг. Мы должны находить лживую суть подобных произведений. Еретики, знаешь, Осторожничать начали… приспособились. Тяжело стало их выявлять. Ладно, я в библиотеке побуду. Допиши все и заму отнеси. Он все оформит и сам читать будет.  Я же   на ходу что-то придумывать стану. Знаешь, у меня экспромты  хорошо получаются. Ты тоже учись…
Инквизитору не читалось.  Он один из последних, кто зал что и как все происходило. Ему тогда, когда умерли все старики было 27 лет. Он из немногих, кто пережил все. Никто не знает, что он принял «Индийский укол» (так называли тогда лекарство от «Болезни, которую нельзя лечить»). Подделок продавалось много, но его папа с Польши привез один укол. Отдал его сыну.  Тогда очень много умирало людей. Даже тех, кому 18-20-ть лет. Стоило только подобрать паспорт без биометрии и с похожим лицом. Папа индус, мама полячка, папа позаботился. Где он  взял этот паспорт и у кого? Умер ли этот парень, или папа… Неважно. Побочка укола оказалась неожиданной. Полная регенерация,  не сразу и не навсегда, но сейчас он выглядит на 50-55. Чудо богини РА. Люди верят. «Воспитались? Может действительно верят и все?  Многие ли играют?  Надо поразмыслить»   - подумал Великий…



Великая САПА

 Великий инквизитор запирался в комнате над главной ложей, за час до Сапы. Через какое-то время с ложи будет зачтен приговор суда Инквизиции и далее произойдет выход его Великого. Он и совершит Великую Сапу. От него зависит то, кого и как накажут (да и накажут ли вообще). Именно это действие и называют Великой Сапой. Без нее происходит просто приговор суда Инквизиции.
Это была небольшая комната, из мебели только письменный стол со старым, видавшим годы моноблоком, удобное кожаное кресло и кожаный диван с небольшим столиком. Из встроенной в стены хорошей системы звучала музыка. Великий настраивался. Как всегда в такие часы он обязательно включал песню Чеслава Немена «Bema pamieci rapsod». Любимая песня его матери.  Иногда отец  в шутку поддевал маму,  читая строки какого-то знакомого ему  поэта:
Она учила песни Дженис Джоплин,
И Джимми Хендрикса включала перед сном…
Мама обижалась, но как-то не по настоящему. Несмотря на то, что времена хиппи давно уже прошли, ее молодое польское сердце жило цветами именно той эпохи. В ее мозгу звучала именно та музыка. И если бы она не встретила молодого индуса, который любезно согласился купить ей кебаб и кофе, то неизвестно в какой подворотне  закончилась бы ее жизнь. Он слушал скучную музыку Sun Ra Arkestra, умудрившихся наплодить бесконечную кучу альбомов. Он запиливал до дыр диски Джона Колтрейна, с его вечным «A Love Supreme». Он разговаривал о чем-то странном и приземленном, но она чувствовала, что именно такой ей и нужен. Он и есть тот, кто вытянет ее из болота наивности и позволит дожить до глубокой старости. Со временем мама почувствовала, что например «Filles De Kilimanjaro»  Майлса Девиса — тоже музыка. Такую тоже можно слушать и она не хуже ее любимой психоделики. Правда чудаковатый с виду Sun Ra, все равно на душу  маме  не лег.  Sun Ra папе приходилось слушать в наушниках.
Также мама поняла, что тихая семейная жизнь только с одним мужчиной, тоже вполне удобоварима. И, главное, что если этот вроде бы скучный жгучий брюнет выбросит ее обратно к бывшим друзьям, то она  вскроет себе вены.  Друзья же были в шоке. Они не понимали того, как она могла жить с таким? Но ответом было именно слово «жить». Она просто хотела жить. Как оказалось была права именно она. Большинство ее друзей и подруг так и не увидели седин зрелого возраста на своих висках. Буйство безумных красок спалило их сердца и души.
Великий не знал польского и не понимал текста «Bema pamieci rapsod». Ловил только отдельные, похожие на русские слова.  Русский  для него был практически родным. Папа, по делам фирмы,  провел в России половину своей жизни. С 4-х до 10-ти лет будущий Великий Инквизитор прожил в Москве. Сейчас один этот факт мог низвергнуть его в пучину  костра очередной Сапы. Но! Сейчас вся та история была не его историей. Он был другим человеком. А с восхождением на пост Великого Инквизитора потерялось и и  второе имя. Теперь он был просто Великий или Первый. Его зам был Второй, и только Второй! Другие Великие, коих всегда было 530 человек, имели и имена и фамилии. Но все они были по рангу ниже Великого Первого и Великого Второго и… Палача Великой Сапы. Палач (как его все называли для краткости) имел ряд привилегий и обязанностей вне действий Великой Сапы и многое решал в государстве. По сути именно он и был вторым человеком государства. Этот чудак был не так прост, как казался. 
 Великий подошел к окну. Там, на площади, сейчас колыхалось море людей. Это море успокаивала его гвардия, которая исполняла роль бывшей когда-то полиции. Каждый гвардейский милиционер мог сделать с любым из толпы многое. Если, конечно, этот человек не представитель первой или второй ложи, если он не бывший или действующий солдат гвардейской армии инквизиции, если он не инквизитор. У всех последних были хоть какие-то права. Плебс  же не просто боялся, это не правильное слово. Плебс знал, что так должно быть. Должно быть — и все! Таков порядок и смысла сомневаться в нем нет. Это такая реальность.  В целом это общество делилось на следующие классы:
- Великие (Посвященные) люди;
-  Ложа культурной элиты;
- Вторая ложа;
- Плебс высшей категории, плебс низшей категории;
- людеподобные существа (Люства или Люсы, как их иногда называют).
 Закончилась «Bema pamieci rapsod». Система была настроена на случайный выбор и в колонках зазвучал «Filles De Kilimanjaro»: «Смотри как, только подумал про нее» - удивился Первый.  А на главной ложе уже  разворачивалось действие. Первому пришли на ум слова из учения Великой  Ра: «Если тебе уже строят виселицу, то это не означает, что ты умрешь в ее петле! Если для тебя собирают костер, то это не означает, что ты умрешь корчась в его пламени. Все в руках суда великой Ра! Ничто не предопределено, но все решает Ра»:
- Остается только верить, - вслух подумал Первый и улыбнулся, - только верить!
 Второй со свитой уже расположились в своих креслах. Сзади них, во втором ряду, на своих местах   сидели  Великий стажер и другие Инвы. С площади второй ряд было не видно. Спектакль уже шел. Один из поморников Второго (с трибуны) зачитывал перечень содеянного обвиняемыми. Текст проецировался прямо на невидимые для народа полупрозрачные стекла, но Великий мог все читать прямо из окна комнаты. Пошли прения. Второй встал для чтения проект приговора. В центре специального помоста, расположенного возле выложенных в круге костров, поднялась платформа с обвиняемыми. Обвиняемые были  привязаны к столбам (практически без свободы действий и с заклеенными специальным клеем ртами), по обе стороны каждого обвиняемого, в черных одеждах свободного покроя, стояло по два инквизитора четвертого ранга. Каждый инквизитор держал в руках дубинку. Мало кто знал из толпы (даже в первой и второй ложе), что дубинки были оборудованы парализаторами. Парализаторы отключали человека лишь на несколько мгновений. Он даже упасть не успевал. Но уровень воздействия был ошеломляющий. Человек просто цепенел. Впереди этой платформы, туда-сюда расхаживал палач (высокий широкоплечий брюнет с правильными чертами лица). На этот раз палачу приказано быть «ленивым», приговору возмущаться и громко, мол: «Тут  еще и работать заставляют».
И так, Второй дошел до главного:
- Во имя Великой Ра и следуя ее учению! Исходя из того, что мы, Второй Инквизитор со следователями и помощниками установили путем расследования, как это следует из нашего суждения по поводу свидетелей, выслушанных в судебном порядке, что Роберт Роуз, являющийся плебсом высшей категории, действительно является убийцей своего соседа, являющегося плебсом низшей категории. Роберт Роуз отдается на личный суд людей этой площади и да решат они как поступать с этим человеком.
Толпа загудела одобрительными возгласами. Где-то там, среди людского океана, на небольших помостах начали свою работу принимающие ставки тотализатора сотрудники. Ставки ставились: на жизнь и на смерть, на побитие камнями, на побитие палками, на побитие ногами и руками, утопление, забрасывание гнилью и яйцами, но не до смерти и пр. Во всех барах и забегаловках велся прямой репортаж. Бармены тоже объявляли тотализатор. И даже дома, сидя у телевизора или моноблока любой мог сделать ставку в электронном тотализаторе. Многие умудрялись сделать сразу несколько ставок: бармену на одно, через телефон  в тотализатор Инквизиции  на другое и между друзьями на третье. За всю выпивку и еду платила инквизиция. Даже домой можно было заказать доставку пойла и еды на любое количество человек, но самим доставщикам следовало заплатить. Владельцы частных домов и вилл как правило так и поступали. При этом, заказывали даже на грудных младенцев (что не возбранялось). Естественно, весь алкоголь выпивали сами. Доставщики, исполняя заказ, аккуратно пересчитывали людей и заносили данные в специальный электронный формуляр. И никто даже не удивлялся, что и младенцу было привезено вино и пиво, шашлык и лепешки, шурпу или лагман. Следует заметить, еды и пойла вделалось прилично, но не бесконечно много. Полный безлимит был только на главной площади, с трех сторон которой были оборудованы многие «места священного чревоблудия». В барах же, каждому посетителю сразу  выставляли всю дармовую дозу, употребив ее следовало дозакупаться самому. Но тут явно надо было иметь бездонную глотку и огромный желудок.
- Во имя Великой Ра и следуя ее учению! Исходя из того, что мы, Второй Инквизитор со следователями и помощниками установили путем расследования, как это следует из нашего суждения по поводу свидетелей, выслушанных в судебном порядке, что Озборн Логан, являющийся плебсом высшей категории, действительно является убийцей  инквизитора третьего ранга, являющегося лицом второй ложи.  Озборн Логан присуждается к сожжению с кратковременным избавлением от боли.
В это время, на помосте с приговариваемыми возмутился палач:
- Уважаемый Второй, а не забыли ли Вы, что я тоже Великий? Вы меня заставляете исполнять работу во имя блага какого-то балбеса?
Народ загудел. В палача из толпы полетели помидоры, но он легко от них уворачивался.
 Второй, улыбнувшись, но тут же сделав строгое лицо:
- Уважаемый, вам ли, как Великому не знать, что вся судьба и все предназначение нас, Великих — служение народу. Как вам не стыдно? Вы что, вчера перепили? Ну что с таким делать? — как бы обратился Второй к народу.
Народ одобрительно загудел, в палача снова полетели помидоры. Он, уже не уворачиваясь, сделал реверанс и тут же получил помидором в лицо. Толпа заржала прощая недотепу. 
- Во имя Великой Ра и следуя ее учению! Исходя из того, что мы, Второй Инквизитор со следователями и помощниками установили путем расследования, как это следует из нашего суждения по поводу свидетелей, выслушанных в судебном порядке, что Марк Перишь, являющийся плебсом высшей категории, таковым.., - Второй сделал нарочную паузу, тотализаторы суетились принимая ставки на то, русский он или нет, - притворялся!  В действительности подтверждено… что... данное лицо… и в правду... является... Ивновским Петровишем, замаскированным русским, в чем признался и  присуждается к сожжению с предварительным умерщвлением… Встать смирно, Великий  Инквизитор идет вершить Сапу!
   Толпа замерла. Первый открыл двери и спустившись по широкой лестнице вышел прямо к трибуне.  Обводя взглядом замершую толпу он медленно кивнул головой. Все знали, что этот жест означает,  можно отмереть. Что более никому ничего не грозит. Но, если взгляд останавливается на одном месте, то люди в этом направлении просто переставали дышать на сколько, на столько позволяют их организмы. Это страх, животный страх. Но теперь можно успокоиться. Никого из толпы не выдернут и  ничего  с ним не сделают.
 Второй, поклонившись и поправив прикрепленный микрофон-пришепку (что вызывает ряд характерных звуков в динамиках на площади):
- Ваше величие, о Великий, о Первый, утверждаете ли вы данный приговор судом великой  Сапы?
Первый, улыбнувшись:
- Народ! Что вы скажете о вине  Роберта Роуза? Не ошиблись ли мы?
Толпа разразилась  сплошной какофонией возгласов. Великий указал на палача и толпа тут-же притихла. Палач промедлил, демонстративно почесав затылок:
- Во втором ряду от меня стоит мужчина в розовой кепке, не свершите ли суд?
Толпа расступилась, явно выражая  некую степень зависти к выбранному. Крепкий молодой мужчина непримечательной наружности поднялся на помост и почти на ухо прошептал что-то палачу. Палач, улыбнувшись и похлопав мужчине по плечу обратился к толпе:
- Тут есть некая Анна Смит?
С права от трибуны толпа зашевелилась, расступаясь от молодой, миловидной блондинистой девушки в джинсовом костюме. Девушка выражая явную радость двинулась к трибуне и уже скоро вбежала на помост. Палач, став между молодым человеком и Анной, снова обратился к толпе:
- Данного плебса высшей категории зовут Бадди Грей, данную девушку Анна Смит. Бадди просит Анну руки и сердца.
Девушка весело закивала головой и толпа взорвалась приветствиями.
Первый наблюдал за этим с удивлением и заинтересованностью. Все это действительно было не наигранно и не заготовлено заранее. Как принято, палач должен был выбрать кого-то из толпы и этот любой должен был назначить приговор. Народ  знал, что на Сапе часто приговоры «отдаются толпе». Поскольку один из приговариваемых убил человека из более  низкой ему категории, то тут явно такое могло произойти.  По-этому места в рядах у палача занимались заранее. Мало ли. Люди одевали вычурные одежды, всякие  яркие платки и кепки. Но тут поворот так поворот. Тотализатор явно уже принимал ставки на то, кто из двоих будет выносить приговор.
 Палач  же продолжал раскручивать спектакль:
- Кто из вас вынесет приговор? Кто свершит суд… Кто назначит казнь…
Палач выделывался как мог и тянул действие. Уж ему то не понимать, как каждая секунда сказывается на прибыли Инквизиции. Тотализатор наверно зашкаливало от ставок.  Молодой человек кивнул в сторону избранницы и палач тут же продолжил:
- Я, палач  Великой Сапы принародно объявляю вас мужем и женой и прошу  сенод врой ложи зарегистрировать этот брак.
 Во второй ложе встал какой-то дедуля и поднявши руку закивал головой, что-то при этом бормоча.
- А теперь слово Анне! - просто заорал палач.
Анна, несмело, то и дело срываясь на смех:
- Жалко как-то его… пускай помидорами и яйцами закидают, пусть живет!
Палач вскинув вверх руки:
- Суд Сапы по поводу Роберта Роуза свершен! Великий любезно разрешил проявиться истинной демократии! Все имущество  Роберта Роуза и его семьи переходит в собственность новоиспеченной семьи Анны и Бадди Грей. Сам  Роберт Роуз и его семья  Роузы признаны ложно квалифицированными! Правда восторжествовала, отныне эти Роузы переводятся в класс «Людеподобные существа», в коем как оказалось и находились. На лоб и плечи всех вышеупомянутых Роуз следует нанести опознавательный метки принадлежности к собственности  вышеупомянутой семьи Грей. О Великий, о Первый, правильно ли поступил народ? Правильно я его понял?
- Правильно! Но, я думаю, что семью Грей тоже не правильно классифицировали. Такие ошибки случались в прежние времена. Полагаю, что они и их близкие родственники являются представителями Второй ложи! Правильно ли я думаю, о свободный народ?
 Толпа просто неистовствовала:
- Правильно!  Верно! Да здравствует Великий и Первый! Демократия свершилась!
  Даже во второй и культурной ложах кивали и вставали хлопая. Уж они то понимали, как это  скажется на их спокойствии. Народ исподтишка всегда недолюбливал «сидетелей в ложах». Если что, - во всем виноваты они. Это Великий не видит, это они ему врут.
Великий поднял руку, толпа затихла и он начал размышлять…
- Так, кто там у нас следующий… там двое осталось, - ради тотализатора Великий тянул фразу, -  этот Ивновский и Озборн… И так… Озборн Логан! Виновен! Но стоит ли нагружать нашего Палача?
Толпа снова зашевелилась и загалдели окриками:
- Пускай задницу свою покрутит!
- Год уже как ничего не делает!
-Лентяй этот Палач, дайте я сам подожгу и уколю!
Последний окрик в общей какофонии звуков долетел к Великому и у него загорелись глаза:
- Кто сказал «Я сам подожгу»?
На площади толпа мгновенно расступилась вокруг невысокого худенького человека средних лет. Он был одет в кожаный плащ, джинсовые брюки, вычурные сапоги коричневого цвета и желтую футболку с черной надписью «А как?». Великий же, прищурил глаза  и демонстративно задумавшись произнес:
- Такс… поработать хотите? Палач, тебе придется отдать треть сегодняшнего заработка этому человеку!
Палач, скорчив жалобное лицо запросился:
- Ну великий, как же я… это  восемнадцать тысяч. Ну хоть 15!
Следует заметить, что такие деньги  простой плебс зарабатывал года за 3-4.  Великим, по сути,  деньги были вообще не нужны. Копить? Кому и зачем? Детей нет и не будет, вилла, машина, самолет — все инквизиторское. Женщин (или мужчин) тоже можно менять, как перчатки. Только пальцем ткни.
- Ладно, 15, так 15, - согласился Великий!
Молодой человек зашагал в сторону костров и там его встретили инквизиторы, обслуживающие эти самые костры. Ко столбу первого костра уже прикрепили чучело Роуза. Самого Роуза сняли со столба обвиняемого и потянули к реке, где находилась стена избиений. В стене закреплены специальные кандалы, в которых Роуза и прикуют.  Напротив стены уже стояли ящики с помидорами и яйцами. После приказа Второго, любой сможет подойти и совершить правосудие. Поскольку избивали Роуза не до смерти, то Инквизиторы будут строго следить за состоянием избиваемого и в любой момент экзекуцию могут остановить. Так что охочие уже толпились возле ящиков,  попивая вино и что-то громко обсуждая.
 Великий, же начал рассуждать о судьбе  Периша, или, как его теперь звали  Петровиша: «Какое дебильное имя» -  подумал он, впервые его услышав - «ну не называют русские так своих детей, но… откуда им это знать?». По-этому, вслух он произносил не менее дебильную фамилию  Ивновский:
-  Ивновский!  Виноват! Но я не согласен с приговором. Спалить стандартным способом! Сапа свершена!
Все люди на ложах встали, зазвучал Гимн. На площади пьяные люди подпевали (а других там уже не было), раскачиваясь в такт музыке. Великий развернулся и бодро зашагал по лестнице в свою комнату. Второй занял его место на трибуне и после окончания гимна монотонно прочитал приказ о исполнении приговора Сапы. В приказе подробно было описано, кого и как надо было наказать. Присутствовали ссылки на инквизиторские стандарты исполнения приказаний и прочую официальную документацию.




Палач Джони

После церемонии Великий снова закрывался в той же комнате и слушая  музыку погружался в раздумья. Иногда, уже поздно вечером, к нему присоединялся Палач. Палача звали Джон Вудс, но по фамилии его почти никто не на называл. Просто Джон, или Палач.  Именно с заглавной буквы. Данный человек возглавлял целую структуру, которая так и  называлась: «Служба Палача». Это и тюрьмы, и  исправительные заводы, шахты и карьеры, на которых работали наказываемые. Половину сельского хозяйства было под подобными заведениями. Вне своей работы Палач занимался всякого дела аналитикой. Именно он был инициатором многих полезных для Инквизиции дел. Только с Палачем наедине Великий мог позволить себе расслабится. Но Палач знал свое место и при посторонних не наглел. 
Инквизиция не просто организация. Она на территории Европы и бывшей Англии была эрзац государством. Это и церковь, это и госструктуры, вместе с полицией, армией и таможней.  Само же государство ограничивалось медициной, Великим инкубатором и портами. Но оплачивало все государственное именно Инквизиция.
Кроме прочего Палач был ответственным за поставку всего того, что надо было инквизиции от России, Индии и Китая. Да, в некоторых вещах без этого было никак. Именно потому никто и не трогал Польшу. Она жила себе своей жизнью. Ее женщины так же рожали, как и их прабабки. Папа Римский превратился в Папу Гданьского (по договоренности с Инквизицией). В Польше издавалась Библия (на польском) и стояли старые костелы. И все, все что ввозилось в Европу из России, называли польским. Про это знали все Великие и половина Ложи культурной элиты. Но эти были с промытыми мозгами и у них на всякий вопрос был в голове нужный ответ. Даже задумываться не надо было. Хорошо иметь общество, где с самого детства строго фильтруют то, что ты должен знать. Более того, Учение Великой Ра вбивает тебе в мозги то, что «Лишний груз знаний мешает тебе взобраться на гору перед воротами Вальгаллы». Согрешившим же, Ра докладывает камнями груз и человеку становится идти еще труднее.  Как просто. Слепая, тупая вера делает свое дело. Тысячу лет Европа воспитывала человека новой эры. Всех тех, кто способен всерьез навредить — просто убивали. Заставляли стучать друг на друга, воспитывали послушного гражданина. Главное — чтобы как все. Все покупают — и я покупаю. Все красят заборы в зеленое — и я так же. Главное — не быть чужим!
Великий конечно же скомкал конец церемонии. Вдохновение кончилось. Так часто бывает. Как свеча, что догорела и погасла. Он пил коньяк под музыку старого The Meters. Закусывал персиком и виноградом (так когда-то его приучили друзья, московские армяне). Механизмы инквизиции крутились, машина работала. Великий настраивал ее пол своей жизни. Он лишь сумел подбирать людей и сейчас они отплачивали ему за доверие. Даже напрягаться особо было не надо.  В дверь постучали:
- Великий, пускай впустят, это Джон.
Снаружи обоих дверей комнаты уже стояли гвардейцы его личной охраны. В другое время они тоже находились рядом, но незаметно и в штатском.
- Впустите его!
 Дверь распахнулась и в нее ввалился Джон.
- Ну я устал, - Джон нагло схватит бутылку коньяка и наливши бокал выпил его залпом, - фу, гадость. Ненавижу эту бурду.
Джон обошел стол и открыл скрытую специальной  панелью дверь холодильника.
- Вот… так... водка, пиво… о! Это я  и буду пить, -  достал бутылку какого-то вина.
- Джон, как там с дровами?
- Не дровами а древесиной! Нормально. С Южной Америки будут возить. Русские экономить леса стали. Засаживают, засаживают. Лимиты у них. При чем и для себя тоже. Ни какой политики. Так что ссорится смысла нет.
- Может и нам, того… заживать? Германия когда-то сплошь лесами была покрыта.
Джон, отхлебнув с бокала и прицеливаясь к винограду рукой:
- А что, идея! Послезавтра обсужу с галеркой, - так Джон называл руководителей департаментов Инквизиции, - вон, китайцы лозу садят тысячами гектар.  Скашивают ее специальными комбайнами и в труху! Далее тебе, хоть панели, хоть кирпичи для растопки. Красота! Надо подумать. Слушай, Великий что за мура и тебя играет?
  Великий клацнул пару кнопок на пульте и заиграла песня «I'd love to change the world» группы Ten Years After. Голос и гитара Элвина Ли  тоже нравились Великому.
Джон поморщился:
- Ну! Снова старье!
- Джон! Не рявкай, играть будет это. Лучше просвети что там департамент погоды на зиму обещает?
- Они пообещают…
- А все-таки?
- Холодно, но не так, как в прошлую зиму. Реки не замерзнут.
- Слава Ра!
- Слава! -  залпом осушивши бокал рявкнул Джон.
 Оба, и Великий Первый и Великий Палач Джон слишком уж не различались по возрасту. И не по внешнему виду, а по действительному положению вещей в этом мире. Джон прожил на земле на несколько полных ее оборотов вокруг солнца меньше, чем Первый. Его отец, коротышка, по сравнению с его высокой и стройной мамой-итальянкой. Но кипучая смесь итальянской и какой-то восточной крови делала из него сущего энерджайзера. Перед мамой ложились ниц первые красавцы Милана. Но тот поток энергии, который исходил от этого коротышки не мог не растопить сердце любой женщины. Конечно, не последним оказалось то, что у папы просто всегда были деньги. Все его предки и живущие родственники были очень рисковыми людьми. Рисковыми, но расчетливыми (до определенной меры). Все это, вместе с неуемной энергией  и трудолюбием давало свои плоды.
Папа был геологом. Почему он выбрал эту профессию, тогда как все родственники были либо торгаши, либо отъявленные бандюги, он и сам не знал. Сразу после получения профессии судьба его  кинула на Урал, где он просто вынюхал кимберлитовую трубку. Молодой, случайно попавший в эту экспедицию иностранец, почти не понимающий того, что говорят окружающие. Если бы не онлайн переводчик, то этого надоедливого коротышку просто зарыли бы на какой-нибудь поляне живьем. Какую же гулянку в конце закатили его угрюмые спутники. Джона просто носили на руках. Удивительный народ. После экспедиции, уже при деньгах, он и очаровал маму будущего Джона Палача.
Два года отец провел в Милане, разгуливая темные делишки брата. И под Новый год, забрав маму и годовалого Джони уехал в Казахстан. Местное население, уже избавленное от своих настоящих ВУЗов и получивших в место них выживающие в безденежье пустышки, требовало толкового, знающего руководства. А еще толковый способ убить науку в любом государстве — перевести все образование на другой язык или другую азбуку. Старые, толковые ученные и преподаватели просто раньше времени уйдут на пенсию. Молодые, те, кто сможет и толковый уедут в другую страну  (тут главное их направить). Середнячки ж будут пол жизни барахтаться в переводах кучи бумажек и ничего в жизни толкового не произведут. И да,  если есть выбор на какой язык переходить, то для более качественного убийства всей области наукознания надо выбрать тот, чья распространенность в науке и интернете не очень значительна.
Ни казахский, ни русский папа маленького Джони учить не собирался. Достаточно английского, который и пришлось учить местным аборигенам. Чужая земля, ее не жалко. Выкачали и уехали. Но все ж, следовало осмотреться. Может где-то и возможно поставить еще один насос? А местные, что местные... В них, как и других подобных, на земли которых кинула тень тень Британская корона, бросили зерна национализма. Пускай занимаются мелкими разборками со своими соседями, имеющими другую форму лица. Помимо основной деятельности, через своего брата, папа наладил торговлю зерном и еще бог знает чем. И вот, уже 6-ти летний Джони, едет с папой в первый класс миланской школы.
 И так, рывками, из страны в страну, Джон дошел до выпускного класса. Он видел папу каждый день, но не каждый день  через телефон и мессенджер на компьютере. После выпуска Джон с мамой полетели на отдых в Кению, где крутил свои дела его папа. Серенгети… ничего красивей Джон до этого не видел. В то время мир уже разбился на кластеры. Даже интернет существовал лоскутным одеялом. Из лоскутка в лоскуток информация переходила значительно исказившись. Правду знали лишь не многие. Проведя неделю в Серенгети, застрелив  косулю и наевшись диковинных блюд Семья не смогла вылететь обратно в Милан. Эпидемия заставила их прожить три месяца в хорошем, но каком-то чужом и скучном отеле. Однажды утром отец принес три укола. На пачке, кракозяброй кириллицы было написано непонятное название. Вместе с отцом пришла молоденькая негритоска приятной внешности. Это был тот самый «Индийский укол». После укола, на каком-то грузовом военном самолете, перевозившим оружие в Кению, они добрались до Греции. Оттуда, уже частным рейсом — до Милана. Из родни не осталось в живых ни кого. Кто умер от болезни, кто  погиб в кутерьме беспорядков. Деньги же остались. Жизнь продолжалась. Сейчас папа представляется  старшим братом а мама его женой. Благо дело возраст позволяет, Великий инкубатор не такое древнее сооружение.  Они догадываются про Великого, понятное дело, но молчат. Все молчат. Сколько еще таких?  Побочка «Индийского укола», в виде частичного омоложения действует не на всех (возможно даже на единиц). Тогдашние беспорядки  по заметали многие бумажные следы. Вот и Фамилия Вудс появилась из ниоткуда. 
Джон с Великим Первым сидели еще долго. Обсуждали то, как правильнее организовать работу в Инкубаторе. Проблему брака при выращивании младенцев. Причем браком, в данном случае считалось недостаточное послушание и склонность к неверию в Учение Великой Ра. Как, еще в самом молодом возрасте вычислить будущего индивидуума? Того, который будет критически относится к  идеям преподносимой ему веры. Одна из проблем в том, что сознание, по сути дела такой же орган, как например живот. Его можно сравнить с экраном компьютера. Ему предоставляется все в том виде, в котором оно способно воспринимать информацию. Все нули и единицы кода остаются скрытыми.  Вся дискретность изображения и дискретность звука сглаживаются. В отличии от компьютера, все это делает это  сам мозг. Великий, поясняя это, произнес:
- Все, что чувствует себя конкретным человеком — это конкретное сознание! Сознание человека может даже не знать то, на что способен его мозг. Вся сущность мозга скрыта от сознания, таинством внутренних процессов. О некоторых из них человек может даже не подозревать. Сам человек вам пообещает что угодно. Он, сознанием, может даже верить в то, что вы ему говорите. Он даже верит в данные обещания. Искренне верит. Но мозг… он затаится. И понемногу будет точить свое сознание червячками сомнения.  А все из-за того, что где-то, внутри мозга не складывается вместе круг знаний. Один из кусков в этом круге, слишком слаб.  Он не похож на правду! Или он просто кажется лишним. Мозг считает его ложью, или просто усложняющим жизнь правилом. И как ты не пичкай человека информацией, мозг будет ее отбрасывать. Мозг заставит свое сознание вам солгать. И, возможно, само сознание этому даже поверит. Но потом...
- Слушай, Первый, я так понимаю, что если у человека мозг вора, если мозг привык получать свое воровством. Ну круг знаний и понятий  у него так замкнут! То, сколько человек (сознание — другими словами) не будет вам обещать «не воровать» — мозг все равно, рано или поздно, заставит его это сделать. При чем, обещая, сознание  будет даже этому верить! Искренне верить! Но потом оно сдастся. Мозг подсунет ему оправдание. Внутреннее оправдание. Далее — муки совести, или уже даже без них.
- Это примитивно, но это правда, - подтвердил Первый.
- Да… как бы найти эту ширму. Этот декодер. Переключить его в режим открытости.
- А ты никогда не думал, что этот декодер-ширма и есть человек?! Есть сознание-человек (как часть тела, например), есть это декодер-мозг, а далее — божество. И там, далее, все ясно и правильно. Там — истина. А проблема как раз - в декодере. Этот декодер не учит знания, а лишь «раздупляется» в понятии процессов. Складывает их суть в правильные кружки. Иногда этот декодер является бракованным. Он заставляет сознание-человека стать вором, или лгуном. И виноват в этом именно декодер. Убери его и да, ты услышишь голос божества.  Но поймешь ли ты его? Декодера то уже нет, а кода программы ты не знаешь и знать не можешь. Язык тебе не известен. Все верные способы понять сущность всего лежит именно через путь: сознание (человек то есть) — декодер (мозг то есть) — божественная сущность. Переключи этот декодер в режим открытости и сознание ничегошеньки не поймет. Оно увидит непонятные ему строчки кода. Что, если вся суть процесса, называемого жизнью, - понять строчки этого кода. А единственный путь доступа, как говорилось: сознание (человек) — декодер (мозг) — божество. Ладно, я пьян, спать тут буду.  Какой-то бред мы с тобой в конце выдали. Иди домой…
Палач вылил все вино с очередной бутылки прямо в глотку и с бешеным выражением глаз пошатался к выходу.

Бадди Грей

Она вчера прилично напилась. Бадди же почти не пил, странная особенность организма, не успеваешь опьянеть — уже болит голова. С молодости он нащупал дозу в 70 грамм чистого спирта и с тех пор чутко придерживался этой нормы. Впрочем, первым звоночком о  легкой степени «передозы» была терпимая головная боль. Она быстро проходила, если далее не пить и закинуться хорошим мясным блюдом.
За качеством любого напитка или еды следит совет Инквизиции. Любой производитель рискует головой (в прямом смысле). Однажды, одного крупного производителя колбасы, по приговору Святой Инквизиции даже спалили. В том, что  классифицировалось, как HOLINP (Holy Inquisition Principle) № 3-1148-085 «Колбаса свиноговяжья»  было много сои, коей там вообще не должно было быть.  HOLINP есть почти на все. Даже на технологию сжигания приговоренных на  костре, в присутствии публики. Тут, в  отеле, обслуживание клиентов тоже регламентируется одним из HOLINP. Сейчас 6-10, ровно с 7-10 по 9-00, можно будет  позавтракать одним из блюд, на которые тоже есть HOLINP. При чем в этом HOLINP указана не только технология готовки и рецептура - рекомендовано то, в какие дни и в каких заведениях надо это блюдо подавать. Из HOLINP  на обслуживание в отелях также известно, что пока посетители будут завтракать, в комнате произведут уборку, так что ранее чем через 35-40 минут можно  и не возвращаться. 
Про  HOLINP Бадди знал многое. Когда-то,  за 28 лет до того, как умерли старики, он закончил университет по специальности «Стандартизация и сертификация». Стандарт это не простой документ. Навяжи его какой-то стране и, смотри, парочки производителей данного вида продукции  на земном шарике не станет.  Кроме прочего — это оружие. Стандарты в области фармакологии это был его конек. С доступом к такой штуке, как «Индийский укол» проблем не возникло. Бадди счастливчик. В год, когда умерли старики ему было 52. Детей нет, жены нет. Бадди всегда жил бобылем, трахаясь с кем захочется. После укола, Бадди 2 раза менял имя и фамилию. Уж слишком его внешность отличалась от того, что было указано в паспорте. Благо-дело времена были смутные. Сейчас все сложнее. Проще в Россию уехать, если что. С недавнего времени он заметил, что начал стареть. Не резко, так, как стареют все остальные. Уж ему то этого не знать. Шара закончилась. Часы жизни начали тикать в нормальном темпе. Ну что ж, лет 60-70 у него есть.
Пока за дело не взялась Инквизиция, в Европе царствовали банды. Именно жесткий диктат внутри Инквизиции позволил ей подмять по себя все и разделаться не только с бандами, но и загнать все общество в стойло. Северной Америке в этом плане не повезло. Там до сих пор бардак. Более- менее спокойная жизнь идет только в Южной Америке, куда и съехали все толковые люди с Северной.
На специальной полке в каждом номере лежал том Учения Великой Ра. Бадди знал, что  уборку в номере всегда производят 2 человека. Один обязательно проследит, лежит ли этот том в том же положении, что и вчера. Если это так, то он обязательно поставит «галочку» в акте осмотра номера. Так что всегда надо создать видимость, что вы эту муру читали. Хотя, мура это или нет — не важно. Те правила, по которым живет общество надо знать. Бадди открыл на случайной странице и прочитал: « Не бойся убить невинного зайца — он послужит тебе пищей. Но, если у тебя уже есть мясо на сегодняшний и завтрашний день, и на три дня вперед — пускай это животное живет. Этот заяц найдет зайчиху и в будущем у тебя будет возможность съесть трех зайцев, вместо этого одного». Бадди подумал: «Вчерашние подсудные, наверное и были этими зайцами, а едой и было  то самое кровавое зрелище.»
Кто написал Учение Великой Ра точно не знал ни кто. Был такой Лонни Мартинес. С виду он был безумен, говорил странно и всегда носил эту книжку с собой. Инквизиция дала ему трибуну и заставила всех его слушать. Еще больший безумец обвинил Мартинеса в том, что тот украл эту книгу у него. Безумец говорил, что именно он написал этот труд и обучил всему Лонни. Инквизиция не сберегла Лонни (может просто не захотела). После очередного спора Лонни с этим безумцем, на полу ужили 2 трупа. По крайней мере, так учит Святая Инквизиция. 31 декабря все скорбят по  Лонни и палят костры с куклами «Безымянного убийцы». Как говорится: «Ра вычеркнула его имя из своих книг». В самом же Учении Великой Ра сказано: «Самым страшным наказанием для человека является вычеркивание его имени из книг Ра. В таком случае душа человека не способна увидеть гору, на которой стоят ворота Вальгаллы. Такая душа каждый день возрождается и бродит бескрайней пустошью, расположенной у этой горы. Вместе с ней бродят другие такие же. Душа обозляется этим, выплескивая это зло на других неприкаянных и получает от них то же в ответ.  На ночь душа снова растворяется в своих муках, она более не способна отдохнуть. Люди думают, что духи  живут ночью, многие пугаются ночной тьмы. Но не многие догадываются, что во тьме людей тоже невидно а, значит и безопасно. Днем же видно все. Чего бояться в  темноте? Духов, неприкаянных призраков? Если бы духи были способны что-то получить от живых, то живые встречались бы с ними постоянно и везде. И днем и ночью.  Но духам от живых ничего не надо, разве кроме доброй памяти, но и этого они не способны попросить. Живые страшнее мертвых духов, они видят и они реальны. Не думай про духов, думай про то, что делать или не делать, чтобы в свое время взойти на гору, на которой стоят ворота Вальгаллы»
 С выбором теперешней профессии у Бадди вопросов не стало. В какое-то время на посту руководителя инквизиции появился теперешний Великий Первый. Умные люди, способные избавить инквизиторов от проблемы организации труда в каждой отдельной отрасли, ох как стали нужны. Никто даже дипломов не спрашивал. Главное — чтобы смог. В противном случаи - костер и плаха тебя ждут в любое время. Выписывать тексты стандартов Бадди умел. И, до поры до времени, более никуда не лез. Все, что случилось на Сапе для него было абсолютной случайностью и приятным сюрпризом.
В столицу Бадди и  Анна приехали вместе. Он ее любил. Впервые в жизни. «Подумать только», - удивлялся он. Анна была из последнего поколения рожденных матерями и им   позволялось рожать детей. Не всем, только представителям Ложи культурной элиты и  Второй ложи. Однако женщина должна была пройти ряд тестов, включающий  детектор лжи.    На детекторе определяли, действительно ли женщина хочет рожать, или ее заставляет  супруг. Люсов по поводу деторождения никто не контролировал. Их дети считались собственностью тех, кто владел ихними родителями и появляться ли им на свет решали владельцы. Разлучать семьи люсов возбранялось и любой люс мог взять в жены любую люску, которой владел ее хозяин. На это даже имелся специальный HOLINP (№ 0013-0013). Там было строго выписаны все нюансы и все запреты (Бадди побеспокоился).
Великие  и их родственники, детей тоже не имели (не все великие были произведены в инкубаторе, но это только лищь «пока»). Этот факт строго соблюдался. Сейчас, кандидаты на введение в ранг Великих, коих на каждое место было не менее 5-ти человек, в 18-ти летнем возрасте проходили соответствующие операции.   
75 % людей, произведенных в инкубаторе, специально выращивались бездетными. Все бездетные инкубаторские могли стать либо Великими, либо плебсом, либо люсами. Это зависело от возможности индивида «нести груз знаний». Сама  же возможность определялась сперва  томографией  мозга (в 5-ти, 7-ми и 12-ти летнем возрасте) и глубоким тестированием в 16-ти летнем. HOLINP - 0001-0001 «Сортировка плодов, произведенных в Великом инкубаторе» — был лучшим из тех, к написанию которых имел  отношение Бадди (ясно, что этот стандарт был написан не одним им).
 Утром, перед Великой Сапой, Бадди и Анна завтракали на открытой площадке одного из «мест священного чревоблудия». Они заранее заказали столик «только на двоих». Толпа постепенно напивалась, но все вели себя вполне культурно. Присутствие сотрудником инквизиторской гвардии  давало о себе знать. Бадди уже принял свою дозу и более пить не собирался. Анна же пила сухое вино. Люди прибывали и прибывали. Ни Бадди, несмотря на возраст, ни Анна в такой толпе еще не находились никогда. Вот по-этому они то и потеряли друг-друга, как только двинулись в людское толковище. Столь выделяющаяся же кепка Бадди была лишь шуточным подарком Анны. Бадди даже не предполагал, на каком шикарном месте он оказался. Порой перст судьбы попадает на того, кто специально к этому не готовился. Простое сплетение обстоятельств и все. Даже майка с надписью «А как?», тоже была куплена случайно. Так и получился профит. Вот, сейчас, приличного заработав Бадди читал Учение  только для того, чтобы сдвинуть эту книгу с места или переложить ее на другое.
- Дорогой, в такой день ты решил просветить себя Учением? - потягиваясь протянула  Анна, - Иди ко мне, дурашка!
Бадди положил книгу на прикроватный столик и прыгнул в кровать. Пару дней можно  потратить на приятное ничегонеделанье.



Луис Перес
На следующий день после Сапы у инвов продолжились рутинные занятия.  Периодически в их группу вводили несколько парней из второй ложи (и только из нее). Это делалось нарочно. Выбирались  не произведенные инкубатором дети. Сейчас в группе было 8 человек  Сами инвы:  Стажер Великого -  Пол Форд, стажер Второго  – Гарри Смолл, другие – Леон Уэбб, Дарен Райс, Эдвин Райс. Как понимаете, последние не были братьями. Имена и фамилии плодам Инкубатора давал компьютер, по странной, но никем не меняемой программе. Если в в коллективе имелись два инкубароских с одной фамилией, то это считалось хорошим знамением. А тут, из подсаженных, еще двое имели ту же фамилию:  Клоз Райс и Флип Райс, а Глем Ройс — похожую. Подсаженные просто лучились счастьем от такого совпадения. Их родители гордились и самим фактом «подсадки», а факт однофамильности считали проведением великой Ра
Все подсаженные резко отличались от инвов.
Клоз Райс и Флип Райс действительно были братьями. Их родители работали в одной из засекреченных «контор» (так этот научно-исследовательский институт называли сами родители между собой). Оба, и Клоз и Филип, были рыжими, худенькими коротышками с несменяемой улыбкой на лице. Глем Ройс, напротив - высокий мощный подросток с толстой шеей и выделяющимися (насколько это возможно у подростка) мышцами торса. На голове у него развивалась вьющаяся белая шевелюра, просто не поддающаяся укрощению.
Сейчас, уже под вечер, вся восьмерка кучковалась на лобном месте спортивной площадки Центра подготовки инвов, у стола для армреслинга. За всем внимательно наблюдал учитель физической культуры центра — Луис Перес. Он, широкоплечий, высокий брюнет 55-ти лет наблюдал за тем, как мускулистый Глем Ройс пытался победить относительно худощавого Пола. Пусть почти такого же по росту, но не такого мускулистого. С каждой попыткой проигрыш становился более ярким и серьезным. Инв уставал значительно медленнее Глема. Пол то и дело выпускал какие-то шутки на латыни (которых Луис даже не понимал). Смеялись только инвы, но не зло. Шутки видать были не обидными. Пришлые парни только злились от частичного  непонимания и полной  досады. Однако, в любой момент уже мог вспыхнуть серьезный конфликт.
- Так, все... хватит,  -  прекратил состязание Луис, - Глем, ну не добьешься ты ничего. В инвы не просто так выбирают.
Глем встал из-за стола и досадой произнес:
- Ну конечно, меня ж не сортировали!
- Думай что говоришь — прикрикнул на него Луис, но всех учеников фраза Глема  только  повеселила. Луис  же этого  веселья не понял. Он, уроженец бывшей Испании, два раза брал главный приз Всеевропейской олимпиады многоборья. Его воспитанник тоже добился этого кубка. Луис заслужил право быть человеком Второй ложи. Он ведь рожден родителями-плебсами, пусть и высшей категории. Не многие способны повысить свой личный статус таким образом. Подобных уважают все. Даже инвам его приводили в пример, как  упорного и достойного человека. Будучи учителем Центра подготовки инвов, Луис получал хорошую зарплату и был вхож во многие серьезные дома государства. В его обязанности входило консультирование самого руководителя департамента Воспитания. Вот сейчас, рожденный женщиной испанец наблюдал, как с виду не сильный инкубаторский кладет на лопатки рожденного женщиной парня. При чем очень хорошо подготовленного физически парня, вложившего в это огромный труд. Что там у инкубаторских внутри не так? Почему то, что ранее достигалось большим трудом, им дается так легко? Что включают и выключают внутри плода в Инкубаторе?
- Ладно ребята. На сегодня вполне достаточно. Все - по комнатам,  -  привычной интонацией тренера произнес  Луис.
Все инвы послушной групкой зашагали в сторону левого крыла Центра (там располагались их квартирки). Пришлые ж, в последний раз по-очереди подтянувшись на турнике, побежали в противоположную сторону. Они громко обсуждали все произошедшее. Рыжие бойко жестикулировали, мощный для своего возраста Глем даже отвесил одному подзатыльник, что еще более раззадорило рыжих. Инвы шли почти молча. Парочка фраз на латыни (которую Перес почти не понимал) и все...
Луис внимательно наблюдал за этим процессом. Как только эти разные войдут в помещения, за ними начнут наблюдение другие ответственные лица. Подождав немного, после сигнала с телефона, он будет свободен и поедет домой. Все это, для разных случаев, подробно описано в HOLINP - 0001-0001 «Сортировка плодов, произведенных в Великом инкубаторе» и HOLINP - 0003-0003 «Процесс в первичной сортировки». Только знай и исполняй. Как порой вся эта обязательность бесит. Все логично, понятно, но однообразно до безумия. Каждый раз за неисполнение или ошибку тебе прилетает уже известное из документов наказание. Каждый раз разбирательство с применением детектора лжи. Сейчас все уже выработано до автоматизма. Как говорит Учение: «За ошибку до смерти не наказывают». Это его и спасало.
Жена Луиса, Энди, работала бухгалтером центра «Первичная сортировка». Это своеобразный детсад для плодов Великого инкубатора. Сортировка управляется Гонсуэло Гинесом, 24-х летним инкубаторским человеком Ложи культурной элиты. По HOLINP — 0001-0001, Гонсуэлло является  первым замом руководителя департамента Воспитания, тоже инкубаторского Артуро Рая (тоже 24-х летнего). Всем руководителям  департамента Воспитания пожизненно давали в пользование фамилию Рай. Интересно, что Первичная сортировка - одно из тех мест, где начальник может быть ниже по статусу, чем подчиненный. Тут главными являются именно способности человека. Энди старается не ходить по Сортировке и сидит безвылазно в бухгалтерии, роясь в своих цифрах. Благо-дело, это ее любимое занятие. Сама Сортировка же — место не для слабых и впечатлительных. Отдельные положения  HOLINP — 0001-0001 не разрешено знать никому из посторонних, не сотрудников этого учреждения. Энди не любит разговаривать о работе и на вопросы отвечает: «Ты бы там работать не смог, гоняй своих инвов». Луису, от части, инвов было даже жалко. Жена на это всегда отвечала: «Себя пожалей, нам лучше долго не жить и дети нам не нужны. В этом мире они не будут счастливы. Разве что взять инкубаторского и попробовать его воспитать так, как делали это наши деды и прадеды.» Луису эта идея была противной. Он не смог бы круглосуточно терпеть чужого человека. Все же инкубаторские ему и были чужими. Какой-то полюс отталкивал его от них. Терпеть инвов он готов был только на работе, наблюдая за ними как-бы со стороны. Он копался в их реакциях на внешние раздражители. С каждым разом Луис убеждался в правоте слов жены. Слишком серьезные, слишком трудолюбивые. Помня себя и своих сверстников в 14-15-ти летнем возрасте, Луис не понимал такого рвения во всем. Ему и его сверстникам всегда было трудно заставить себя что-то учить. Нет, были отдельные зубрилы. но и они периодически срывались в загул. Это сейчас Луис понимает, что то, что сжирает до 7-15 % ресурсов в "нерабочем" состоянии, а до 25 %  - в рабочем, тело предпочитает держать "на минимуме работы". Ранее, от голода люди умирали чаще, чем от недомыслия. По-этому тело и бережет такой ресурс, как калории полученные от пищи. Слишком жадно отдает их мозгу. Заставить себя работать головой сложнее, чем мышцами. Да и заставив, то и дело ловишь себя на том, что ты уже не работаешь головой. Мысли полетели в сторону, к более приятному и легкому.  А у наблюдаемых инвов (да и у всех инкубаторских)не так. Тут какой-то разрыв нормальности. Найдя похожий на правду ответ, они еще и еще раз проверяют его верность. Казалось бы все, можно расслабится. Иди гуляй.  Но нет, если время терпит, если оно осталось, инкубаторцы будут проверять верность полученного решения разными путями. Во все, чем бы они не занимались (хоть учеба, хоть спорт), они бросались просто с головой. И только тогда, когда ни убедятся, что это не их, что это им не дано освоить, они отступают. При это получив максимум как знаний, так и умений. Мало смеха, слишком мало. Нет нормальной для такого возраста дурости, которую надо держать в рамках. Слишком много послушания и нормальности. Даже шутки слишком серьезные.
Зазвенел телефон, пришла СМС о том, что Луис свободен."Надо бы поговорить об этом с Энди", - подумал он и направился к стоянке общественных машин. Разрешение на пользование такими у него естественно было. В противном случае Луис добирался бы домой на трамвае или троллейбусе.

Такер

Бадди и Анна, получив «Удостоверение новой семьи», 2 дня практически не выходили с номера для молодоженов (куда их любезно переселил хозяин гостиницы). Утром они спускались на завтрак, номер убирался. Обед и ужин заказывались в номер. Так бывает, пока еще клокочет костер любви. Потом, со временем, все чувства перейдут в привычку. А если не перейдут, то язва взаимного раздражения может сожрать и эту семью. Тогда может случиться и заявление о расторжении брака. Оно подается в «Департамент по делам морали» Святой инквизиции, где на протяжении года и рассматривают подобные дела. Причем не просто рассматривают, а проводят через множество консультаций со всякими мозгоправами-инквизиторами. Некоторым людям они даже помогают, но большинство всего этого просто боится.  Никакое заявление не пишется и приведение семьи так и портит двоим людям жизнь, вплоть их до гробовой доски.
Около восьми часов вечера в номере Бадди и Анны зазвонил колокольчик. В гостиницах не было электрических звонков. По всему государству, везде где нецелесообразно использовать электричество — его не использовали. Бадди, одетый только в халат, за входной дверью обнаружил Инквизитора. Он был в сером балахоне, накинутом на стандартный для инквизиров-служащих костюм-тройку. Все было идеально чисто и подогнано под фигуру.  Инквизиция на такие цели деньги не жалела. Как говорится в Учении: «Лицо должно быть чистым. Тело живого не должно иметь смрадный запах. С другой стороны, грязное лицо можно помыть, смрадные раны — вылечить. Но смрад в душе ни чем не выветрить. Душа с таким телом достойна костра, ведь душа — то, что принадлежит Ра, сгорая на костре душа очищается». Вот и ходят такие чистые, но все ли без смрада в душе? Тех ли палят на великой Сапе? Бадди инстинктивно вжался в халат, но инквизитор, душевно улыбаясь, всем своим видом и первыми жестами старался как-бы успокоить видящего его человека:
- Добрый вечер, - инквизитор, молодой человек лет 20-ти, протянул удостоверение «Департамента по делам собственности и самоуправления» на имя Свит и такую-же фамилию Свит.
«Блин, инкубаторский, ну и имена у них встречаются», - подумал Бадди и жестом пригласил Свита в номер, где в похожем халате переминалась с ноги на ногу Анна.
Свит присел на кушетку у журнального столика и сразу взялся штурмовать свои дела:
- Так-так, - произнес он,  выкладывая на столик какие-то бланки, - Вы должны вступить во владение люсами в количестве двух или трех человек, все зависит от вас, получается что окончательный приговор Сапы именно за вами, как это не странно. Не часто такое случается.
- Не понял, - удивился Бадди и присел на кушетку напротив.
Свит же улыбаясь продолжил:
- Видите ли, вы человек Второй ложи, вступаете во владение семьей заново квалифицированных  как люсов: Роберта Роуза, Марты Роуз и их сына Такера. Вам, также будет принадлежать их двухэтажный дом с  баром на первом этаже. Вся интрига в том, что завтра Такеру исполняется 18-ть лет и он должен идти на службу в инквизиторскую гвардию. Все документы и тестирования он уже прошел (говоря это Свит многозначительно поднял указательный палец вверх). Во владение же вы должны вступить в течении недели, согласно  HOLINP  № 0013-0013 «Люсы и их владение», а также HOLINP  № 0010-0010 «Частная  и общественная собственность, владение и использование». Наша служба решила побеспокоить вас с вопросом о конкретной дате, которая вас бы утроила. Я понимаю, медовый месяц и все такое… Но тут провидение Ра, так сказать. Завтра будет 3 человека и дом, послезавтра уже 2 человека и дом. А Инквизиция же получит хорошего бойца гвардии (Свит снова повторил жест с пальцем).
Надо ли говорить о том, как неприятно человеку из прошлых времен принимать  такие решения. Да, во все времена люди рождались разными. Кто-то и в 20-м веке мог бы стать рабовладельцем и даже мускул бы не дернулся. Нельзя сказать, что Бадди  был против эксплуатации человека человеком. Кроме того, если он не вступит в собственность эти люди станут рабами инквизиции, таков закон. Неизвестно что для них хуже. Вернее известно. Бадди не собирался слишком уж напрягать Роузов. Будут жить, где и жили. На втором этаже у них квартира и три комнаты для загулявших посетителей (Бадди все это уже посмотрел). Жителю города  города Пригус, в 60-ти километрах от Рима (прямо вверх по реке) недвижимость в Риме отнюдь не помешала бы. Тем более, что  раза по 2 в месяц приходится ездить в Рим.  В Департаменте по делам стандартов у него даже есть отдельное помещение, пусть и  в подвале, но вполне удобное. Есть даже  окно у самой земли, однако с шикарным видом на реку. Но спать приходилось в гостиницах, что всегда напрягает. Своя недвижимость в Риме для  Бадди была не лишней.
Бадди посмотрел на Анну, она же просто пожала плечами и дала понять, что ей все равно. Намеки на интересы инквизиции Бадди понял. Удивительно, что вообще этого   Роберта Роуза выставили на Сапу, а не порешали все полюбовно, раз в этом есть интерес Инквизиции. Хотя это вполне может объяснится простой неповоротливостью бюрократии. Знать бы чем так приглянулся Такер инквизиторам. Иметь же люсов, сын которых служит в гвардии, для Бадди особо не интересно. «Послать их всех и взять только недвижимость? А вдруг дело именно в ней? Вообще не понятно.»   - подумал Бадди  Вслух же произнес:
- Свитти, можно так  вас называть?
- Да, конечно, - закивал головой Свит.
- Я не хотел бы недомолвок и всего такого. Давайте поговорим напрямую. Какой интерес Святой Инквизиции в этом деле?
Это было смело, но Бадди решил форсировать события. Он ожидал жесткого ответа, или виляния всякими полунамеками, но Свит принял игру Бадди:
- Мы всегда думали, что вы умный человек, понимающий и чтущий принципы Учения Ра. А что хорошо для Инквизиции, то хорошо и для Ра. Понимаете, Марта абсолютно стерильна от рождения.  У нее не может быть детей.  Такер — инкубаторский младенец, - последнюю фразу Свит произнес с особой гордостью,  - его просто взяли на воспитание Роузы.
- Так, понятно, - не без удивления в лице произнес Бадди.
- Такер  имеет уникальные способности (не будем уточнять), но он очень любит свою приемную мать. Марта же, дурочка, питает просто дикую, непонятную мне любовь к своему мужу. Она все прощает ему. И загулы и растраты. Инквизиция ставила вопрос о изъятии Такера из семьи, но эта его привязанность к матери… Лично я этого не понимаю. Я считаю это не нормальным. Единственная настоящая любовь, - это любовь к Ра. Получая эту семью в собственность, вы заимеете много проблем. Инквизиция предлагает вам отказаться от владения ими, но послезавтрашним числом. Тогда Такер не будет Люсом, а остальные два Роуза уйдут на попечение Инквизиции. Такер, кстати, сейчас сидит в фойе и ждет ответа. Сами понимаете, решается судьба человека. Но мы на вас не давим, вы же сейчас находитесь под влиянием Великой Ра, - слово «сейчас» было особо выделено.
- А бар? Что с баром? Я не имею интереса управлять этим заведением, да и не в моих это способностях… Я думал люсов оставить управляющими… Упускать же дармовые деньги я не привык. Недвижимость, знаете еще никому не помешала. Тем более, когда копеечка с нее постоянно капает в карман.
- А интересы и способности вашего тестя вас не интересуют? Да и старший брат Анны, насколько я знаю, хороший повар. Как вы думаете, ему интересно работать не на себя? Подарите тестю половину того, что заимеете и всем будет польза. И вам тоже, не только нам. Зачем вам лишняя забота? У вас так хорошо получается делать свою работу. Тесть же, как бывший инспектор инквизиторской гвардии нам очень пригодился бы в этом районе. Порядку было бы больше. Знаете, люди ведут себя тише, когда знают, что рядом живет человек, которому не надо долго пояснять Инквизиции, за что он убыл хулиганящего персонажа. Я достаточно открыто поясняю? Знаете, если бы не внимание толпы и проведение Ра, я бы с вами так не разговаривал.
Бадди взял со стола подготовленные бланки. Оказалось, что они уже заполнены на два возможных случая. На случай подписи сегодняшним числом и послезавтрашним. Чистых бланков не было. В послезавтрашнем варианте пол бара сразу дарится Тестю, самая большая гостевая комната на втором этаже — Такеру. Присутствовал отказ от владения люсами Роуз, в количестве двух особей. Бадди молча подписал именно этот вариант.  Свит скорчил улыбку на лице и почти на распев произнес:
- Ну вот и хорошо, на работе вам дают еще неделю, насколько я знаю. Завтра вы получите уведомление на электронный ящик. А это от нас, - Свит положил на стол кредитную карточку, - это подарок от Святой Инквизиции. Не много, но на неделю хорошего отдыха вам хватит. Не отказывайте себе ни в чем, - сказал Свит. Собирал бумаги и вышел из номера попрощавшись.
Дверь захлопнулась. Бадди обернулся к Анне и обнаружил на ее лице полное удовлетворение произошедшим:
- Анна, как тебе мое решение?
-  Я очень рада, что ты согласился отблагодарить моего Папу!
- За что? - с улыбкой произнес Бадди.
- Как за что? А я не в счет?
Оба повалились на кровать.
В это время Свит спустился в фойе и присел за столик, за которым сидел молодой высокий худощавый человек, читающий что-то в электронной книге (или просто делающий вид, что читает).
-  Такер…
- Я все чувствовал, - с улыбкой прервал Свита Такер, - ты же знаешь о моих способностях. Меня все устраивает, могло быть намного хуже. Мыслеобразы Бадди туманные, я его не до конца понимаю.  Что-то там у него есть, таких мало, но он не опасен. Бадди слегка ленив. Делает только то, что уже знает и понимает. На другое уже не согласен. Только ради этого он готов жертвовать своим временем. Такой не будет напрягать мозг на другую, более выгодную для него самого работу, но это и хорошо. Опасностей тут я не вижу. Ты знаешь, Бадди внутри головы —  как глубокий старик, но быстротой мысли вполне молодого человека. Анна — простая дурочка, у нее все ясно и понятно. Ей нужен комфорт, но ради Бадди она способна на многое. Нормальная семья.
- Я не понимаю такой  нормальности, - возразил Свит — смысла «семья» не понимаю. Зачем? Есть инкубатор. Для утех полно люсок в домах удовлетворения. Конечно я не чувствую других, как это делаешь ты. Может из-за этого я многое не понимаю, но семьи надо запретить. Я так думаю.
- Нет, пока это рано. Понимаешь, не все чувствующие видят все так ясно, как я. Многие просто могут понять действительно ли человек говорит правду и все. Некоторые могут понимать еще ряд чувств. Мыслеобразы  улавливают единицы. Нам надо очень хорошо поработать над технологией воспитания. Уловить все причинно-следственные связи. Не все до конца понятно в этом вопросе. Важным является сравнение индивидуумов, прошедших параллельные технологии воспитания. Может, со временем инкубатор будет выдавать более сильных видящих и в большем количестве.  Непонятно, также, почему некоторые из рожденных женщинами непробиваемы ни для кого из чувствующих. Почему такие рождаются только от женщин, а инкубаторские — все прозрачны? Неясно, почему среди рожденных женщиной нет чувствующих. Да и действительно ли нет? Вдруг среди рожденных тоже есть чувствующие, но они скрывают это? Почему, если так?  Вдруг рожденные от женщины могут генерировать образы по своему желанию и скрывать свою сущность от нас, видящих... а? Тот же Бадди, он просто туманен. Многое непонятно и закрыто от меня.
- Так может его того… как не надежного изолировать. Напиши доклад вышестоящим.
- Нет, я точно вижу — он неопасен. За два этих дня я изучил его вполне достаточно. Да и отзывы о его работе неплохие. Он полезен. Да и на Сапе все получилось очень странно. Например, спалили бы  Роберта, мама точно долго бы не горевала. Она — прозрачна, как стекло. Я все точно знаю. Этот же бар я просто видеть не могу. Он мне напоминает  Роберта. Я везде вижу его пьяную рожу.
- Так комната тебе зачем? Зачем ты забросал всех наших образами этой комнаты?
- Маме это важно. Сколько она раз думала: «Хоть бы мою любимую комнатку оставили». Она ведь никому ее не сдавала. Роберт просто с ума сходил из-за этого. Мол: деньги теряем. Квартиры тебе мало...
-Послушай, просто интересно, а рожденные от женщин действительно образы не ловят? Это проверяемо?
- Да слепые они к этому, сколько раз уж проверено.  Даже на не прозрачных, косвенно, но проверено. Кстати, я про Сапу снова и снова думаю. Как все получилось по-другому. Тут явно рука Великой Ра. Я еще раз убеждаюсь в этом. И еще — ты знаешь, что Палач Джони не прозрачен абсолютно. Там — стена. Понимаешь, я вижу мыслеобразы других, но, как бы говоря, чувствительность тут не глубокая. Настраиваться надо и все такое. Более глубоко и надежно сканируют те, кто просто видят правду и ложь. Для кого, маски на лице говорящего никогда  не существует. Но и для них,  Великий Первый и Палач — просто две стены. Может эти Великие тоже чувствуют и способны перекрывать это для других? Вот ты, не чувствуешь, но ведь ты всегда определяешь чувствующих. Так же делают все рожденные в инкубаторе, кто не отфильтрован в люсы. Почему это так? Что в тебе надо включить, или выключить, чтобы ты чувствовал? Не все понятно. Есть еще один вопрос. Моя мама пишет стихи. Иногда у нее не получается строчка, она бросает это дело и идет в свою любимую комнату, или погулять в парке. Я точно видел, что она не думает об этом вопросе. Иногда она размышляет о совершенно обыденных делах. Иногда просто смотрит на окружающее почти бессмысленно проводя время. Но, вдруг у нее в сознании вспыхивает образ недоделанной строчки. Или даже всего этого стиха. До самого конца. Ни у одного инкубаторского я это не встречал. Через таких как я мы можем думать вместе. Пробовать решать какую-то проблему сообща. Одним усилием нескольких мозгов. Но как происходит внесознательный процесс обработки информации, у рожденных женщиной, сказать трудно. Как, внесознательным действием мозга и находится самый верный результат?  Почему мы так не можем?
- Я, кстати, про это все я и не думал никогда. Да и не знал таких подробностей.  Странно. Поразмышлять надо. Да… хорошо тебе… для меня же чужая душа — потемки. А уж какие потемки у душ рожденных женщиной. Вот смотри на этих двух Великих и понимай, как живется мне. Кстати и твоей любви к  Марте  я не понимаю..
- Не трогай это, это мое право.  Любить, или нет — Учением Ра не запрещается.
- Как по мне, так без любви было проще. Я не понимаю этого чувства. Привязанность — понимаю. Привычка — понимаю. Но любовь — просто потемки сплошные. Мне сбрасывали мыслеобразы любви, но это странное какое-то чувство. Оно сплошняком не логичное. Я точно понимаю,  - такое не надо.
После этих слов оба встали и направились к выходу. Свит, опомнившись остановился, вытянул синий скоросшиватель  из папки, говоря при этом следующее:
- Это свидетельство о собственности. Теперь, когда все понятно, именно это я должен тебе вручить. Или ты уже знаешь?
Такер тоже остановился и подойдя к Свиту вплотную, почти шепотом произнес:
- Блин, та не так все просто. Ты думаешь это легко, проникнуть за ширму маски? Я два дня буду, как выжатый лимон. А сейчас, килограмма два мяса съем. Да и расстояние для такой работы - проблема. Важно, как же, - стены не из местной глины. Экранирует она все усилия. Много еще чего. Например, знай, лучше чтобы на человеке не было украшений из янтаря. Янтарь — просто мучение. Он силы вытягивает, когда работаешь сканером. Иногда просто стену ставит. Тут важны включения в нем. Если мушка какая, или часть животного — пиши пропало. Стена — гарантирована. Обращай внимание на такие украшения. Интересуйся их происхождением. Полезно бывает. Следующее, если ты сейчас про нужное  мне не думаешь, если это не находится в данный момент в твоем сознании — это ни чем не выудить. Глубины памяти мозга пока непробиваемы ни кем. Тут дополнительное воздействие нужно, хотя и не хитрое.
- Это интересно…
- Дорогой, ты это теперь знаешь и если кто увидит тебя с янтарем, или после сканирования узнают, что ты проболтался про это рожденным от матери — на костер! И тебя, и всех, кому расскажешь. Как заставить перенести нужные воспоминания в сознание — давно понятно. Тут приемов просто уйма. Например,  дыба неплохо помогает, если что... 
- Да понятно,  лучше бы и не знал. Так, короче, вручаю тебе свидетельство. Пройди по адресу управления жилфондом № 9, тут рядом. Получи ключи и распишись, - Свит вручил Такеру синюю папку и с улыбкой продолжил,  - с тобой даже говорить опасно.  Квартирка же добрая. Дома старые. О! Так там глина, наверное в стенах есть.
- Вот и хорошо. Там отдыхать и проще будет.


Пол Форд

Даже в HOLINP — 0001-0001 указано, что каждый сортируются плод Великого инкубатора имеет право на отдых. В первичной сортировке положено отдыхать с 930 до 1000,  с 1130 до 1200 и с 2130 до 2200 (далее — сон до 0605). Все остальное время — сплошная хитрая муштра, физнагрузки и тестирования. Процесс вторичной сортировки плодов инкубатора осуществляется с 6-ти лет по HOLINP - 0006-0006 «Процесс вторичной сортировки».  Тут уже примерно ясно, кто будет люсом, кто будет квалифицирован как человек (пусть и плебс, но человек). С люсами все понятно. Там продолжается муштра на послушание, даются большие физнагрузки. Будущих люсов также учат до минимального необходимого уровня знаний, большинство из которых обозначают термином «Труд и основы ремесла». Люсы из инкубаторских ценятся очень дорого. Большинство из них поступают в собственность инквизиции. А если уж частник купил такого люса, то будет держать его до последнего, никогда не продаст. Такую собственность берегут. Некоторые торговые марки хвастаются надписью «У нас работают только люсы». Иногда инквизиция сдает своих люсов в аренду, но именно крупным производителям.
Процесс вторичной сортировки будущих людей (из плодов инкубатора) более сложен. Видящие ему очень  помогают и способствуют, упрощают сортировку плодов на  категории. Но это в  HOLINP не прописано. Когда писался  HOLINP — 0006-0006 видящим было по 3-4 года и то, чего они достигли, они сделали собственными мозгами и умениями. Их не вычленяли из общей массы. Это просто некому было делать. 99,9 % рожденных от матерей даже и не догадываются о существовании видящих. Когда узнают — будет поздно. По-этому не в оном из  HOLINP про видящих ни слова. Рожденные в инкубаторе хранят свои тайны. Поскольку мозг человека не безграничен в своей массе, то любое приобретение возможно только за счет потери чего-то другого. Приобретая одно, живое существо должно пожертвовать другим в данном слоучае. И где плюс, где минус - тут пока еще не все ясно.   
Так вот, по  HOLINP - 0006-0006 «Процесс вторичной сортировки», (которая осуществляется вплоть до 8-ми тет в специальных заведениях «Вторичная сортировка») плод имеет право отдыхать с 9 до 930,  с  1200  по 1230  и с 1800 до 2200 (далее — сон до 0635). Вторичная сортировка заканчивается разделением на будущих людей Лож (из них получаются Великие, люди 1-й и 2-лож) и плебса.
Вторичная сортировка люсов заключается на разделение их по способностям выполнять определенные работы, оттачивании навыков, обучения минимальным необходимым знаниям (и не более, как везде). Выкристаллизовывается послушание. Из-за этого эффективно использовать инкубаторских люсов можно только по их паспортной профессии. Все, что вправо или влево от их направления, для люсов такой темный лес, что обучиться они этому не могут уже после 10-12-ти лет.
Процесс окончательной сортировки  начинается в 8 лет, согласно HOLINP - 0016-0016. Проходит он в высших классах Вторичной сортировки.  С 8-ми лет плоды инкубатора  либо плодами-людьми, либо плодами-люсами, но не окончательно, до 16-ти лет — они плоды инкубатора и их можно легко списать в утиль (как брак, по решению браковочной комиссии). В 16-ть лет люсы идут на работу (т.е. обретают хозяина). Плебс же, в 16-ть лет передается в колледжи и училища. Люди Лож идут в ВУЗы по направлениям.  Инвы до 18-ти лет обучаются в Центре подготовки инвов.
В процессе окончательной сортировки люсы имеют график свободного времени, как и во вторичной сортировке. Плоды, отсортированные в люди  распоряжаются всем свободным временем вне занятий по собственному усмотрению. 
Вот и сейчас, после дополнительных занятий физкультуры, Стажер Великого Инквизитора  Пол Форд валялся на своей постели. Он слушал Баха и размышлял о ему не понятном. Из всех инвов — он один видящий. Дар видения проявляется в 10-12-ть лет. Не сразу, а постепенно, человек обретается новым чувством. Сейчас уже есть видящие преподаватели (из инкубаторских). По-этому Полу было проще, его заметили и начали натаскивать на  новое чувство. Пол был не очень сильным, но надежным видящим, он точно определял правду и ложь в словах любого человека. Только отдельные были для него закрыты.  Пол их опасался. Среди них были Луис Перес, Великий Первый и Палач. Пол знал про янтарь, но ничего такого ни в одежде, ни в украшениях этих людей не было.  То был их собственный дар.
И вот теперь появились эти клоуны  Клоз Райс и Флип Райс. Они удивительно быстро решали задачи на сообразительность. Считали, как компьютер, шутили очень остро и были непрозрачны. Причем не только сами, эти двое ставили стену на всех, кто был рядом. Наверняка всего этого они сами не замечали. За маской клоунства явно скрывались не дюжие умы. Пол читал старые книги, там встречались шуты королей. Им прощалось многое, ведь за ширмой шутки скрывалась истинна. Таких людей не стоит воспринимать надменно. Не стоит их недооценивать. Порой, непрерывно шутя, такие люди решают казалось бы неразрешимые задачи. Пол, размышляя, представлял Клоза и Филипа в разных ролях и пытался найти, данным рожденным от матери, наиболее подходящее место в своем окружении. Как их удобнее использовать? «Проведение Ра не даром подсунула нам этих людей», - так размышлял Пол, - «Да еще это совпадение фамилий.»  Полу и в голову не приходило то, что это может быть простой случайностью и все. 
«Почему их не уничтожат, как опасных?» - задавался вопросом Пол.  Еще до  прибытия Клоза и  Флипа в Центр, он получил мыслеобраз от  руководителя департамента Воспитания Артуро Рая.  В мыслеобразе были подробности о данных рожденных от женщины. Мыслеобраз не был адресным, а значит его видели все инкубаторские. В нем было четко определено: данных не трогать, но они опасны. А еще следовало поразмышлять о том, как их можно использовать в дальнейшем. Если кто чего надумает, то нужно скинуть мыслеобраз назначенному ответственному за это инву   –  Гарри Смоллу (стажеру Второго).
Стажеру Великого Первого была известна проблема России. Так получилось, что за темное время, когда Европой по-сути руководили банды лихих и отчаянных бандитов, в России все текло своим чередом. Многие европейцы (те, кому позволили это сделать сами русские) сбежали в Россию семьями. И вот сейчас, когда инквизиция (загнавши всех в стойло) навела в Европе порядок, когда жизнь обрела покой и начала прорастать всходами новой цивилизации оказалось, что ни о России, ни о русских толком ничего не известно. Польша выстроилась мостиком, перепродавая все русское Европе. Она блюдет непроницаемость стены, сама наживаясь на этом и все. Пол знал, что весь польский металл, все польское электричество и прочее польское, чаще является русским. Пока это устраивает всех. Но это пока.
«А что если среди русских много видящих»  - думал Пол, - «Ведь даже неизвестно есть ли видящие среди рожденных женщинами. Что, если все непрозрачные — видящие!  А русских вообще сам черт не поймет. Интересно, они правда истязают друг-друга побоями при купании? Да… такие, как эти двое рыжих могут быть полезны. Но тут контроль нужен, полный контроль. Жалко, что их так поздно обнаружили. Надо было четко продумать их уровень допуска к знаниям. Сейчас уже поздно. Рубеж пройден.»
Еще в раннем детстве Пол понял, что главное в этом обществе  —  доступ к знаниям.    Многие сверстники, отлынивая от занятий и не думали про такое. До восьми лет за «не хотение обучаться» уж очень сильно не наказывали. Не хочешь учиться, даже хорошо — подсунем тебе другое. Минимум выполни и все. Но выполни! Далее и пойдешь по этой «минимальной дорожке». Как говорит учение Ра: «Служителей Ра не может быть много!». Как шутят между собой великие: «Не хочешь обучаться служению Ра — будешь ее рабом». Хочешь ли ты знать и обучаться — это и был главный экзамен! Но тут надо очень постараться, чтобы попасть «в немногие». Сейчас Полу 15. Через год его признают человеком. А пока он является плодом инкубатора. И даже его жизнь, жизнь стажера Первого, всецело может быть уничтожена «Браковочной комиссией вторичной сортировки». Он ведь даже не человек — он плод! Эти, рожденные от матерей, с рождения — либо люди, либо инвы. А он нет! На втором этапе, когда плод инкубатора идет по пути «назначат быть человеком», за отлынивания от процесса обучения появляются жесткие наказания. Но все тоже до определенного уровня. Часть знаний дается в игровой форме, и эту часть в игровой и спрашивают. Не хочешь данное знать — это твой очередной уровень! Не хочешь развивать свои нейронные связи — живи тупым рабом! Говорящий: «Я учил, но мне это не пригодилось» — недостоин даже держать в руках книгу Учения Ра! А развитая процессом обучения часть мозга тебе тоже не пригодилась? Может ты просто гора мышц, которые годятся для копания траншей?
Полу не давала покоя мысль о том, что случилось в посольстве Европы в России. Часть работников посольства наотрез отказались возвращаться в Европу. «Может на них подействовали русские видящие?» - думал Пол, - «Тут и может помочь такой, как эти рыжие. Отослать их в посольство и пусть экранируют.  Надо сформировать мыслеобраз и послать Гарри. Тем более, что подобное уже мелькало. Кто-то уже до похожего додумался.»