Родословная. Пра-пра-прабабушка по отцу, Монголия

Степи.
В них затерялся и всё же попал как в тиски,
В них себя чувствуешь мелким орешком в орехоколе.
Небо, земля - словно две гробовые доски,
Их убегает кибитка, мечтая о воле.

Скрипы её, как толчки моей крови по венам,
Камушков стук, как секунды каминных часов,
Мы убегаем от смерти, а эти мгновенья
Нас для неё запирают в себя на засов.

Выйду с утра - захрустит под ногою
Плешь ледника на земле - зверя дикого след.
Словно своей сединой призывает к покою.
Я улыбаюсь ему, но скажу ему нет.

Как я люблю это старое, белое солнце -
Любит оно мою гордость - на равных лучи
Из под ресниц посылаем друг другу не морщась,
Кровью ему отвечаю - оно в ней звучит.

Белый настолько, что даже немножечко синий
И в глубине головы просветляет слова.
Как благородно оно серебрит их красивых
В танце извивы стволов пред собой дерева!

Если зелёный здесь - он смолянисто-зелёный.
Если багровый, то крови явившейся власть.
Мы убиваем волков, разделяя их стоны,
И иногда подпеваем их вою, смеясь.

Солнце здесь, солнце мой край озарило,
Как никогда и нигде по всей шири небес.
И серебром навсегда нашу кровь напоило.
Сотканы из наговоров червлёных небес,

Как мы умеем смеяться, молчать и недужить,
И умирать, доверяясь ему одному.
Мы не прощаемся - нас просто не уничтожить
И нам, как глупость, смешон ваш вопрос почему.

Мы - серебро в крови, и никогда вас не тронем,
Мы серебра никогда не затронули б честь!
Мы лишь шайтанов в вас выследим, встретим, заколем,
И вы останетесь жить со всем тем, кроме них, что в вас есть.

В мире со всею землёй под лошадкой моей преходящей,
В каждом копыте её навсегда остаётся тепло.
В облаке вижу рождения блик моего уходящий,
И это знак, что лошадке пора под седло.

Синие замки  с горой винтовой, уходящей -
Даже нет слова сказать уходящей куда?
Мы на дороге с лошадкой моей настоящей
Мы на земле,или там - в облаках - навсегда?

Замок, дорога и снова повозка -
В сини небесной так радуют глаз.
Словно лошадок хлестну, и коснувшись их шёрстки,
Перенесусь, наконец, в поднебесье сейчас.

И на дороге стоит весь в пыли пехотинец.
Русский. И облаков ход в синеве его глаз.
Либо коней осадив, взять его за мизинец,
Либо проклясть это небо с рожденьем на раз...

Ты безымянной осталась, но знаю - любили.
Дед-пехотинец второй мировой
Взял меня за душу, взяв за мизинец,
Словно приставил навеки небесный конвой:

"Как мы похожи глазами!"- дорожка меж веками
Как мостовая  для слёз прямо к уху бежит.
И безымянное, но незабвенное эхо
В сердце решает моём и надеждой дрожит.

( продолжение следует)