Из

 
Из залитой бедою земли, как из зоны чумной.
Чтобы выйти на запад, не встав в ликвидаторный строй,
Платят тысяч по девять зелёных, а чтобы уйти на восток,
Не став пушечным мясом, то платят в тугой кошелёк
По шесть тысяч билетов с трезубцем, и молят, чтоб Бог,
Был не где-то в абстрактном, а рядом, когда наступает итог
Пункта, где контролёр – это русской рулетки курок….

А в залитой трагичным земле девять осеней клык
по клыку, зуб за зуб, и язык за, конечно, язык.
Девять зим морок гонит в атаку родных, но слепых
Друг на друга. Продажа кипит гробовых
Ритуальных предметов, и бизнес смертельно растёт,
На проглоченных заживо партиях взводов и рот.

От берлинской стены, поменявшей локацию, смрад до высот.
Из панелевой плазмы Цой  всё перемены зовет.

А в распятой земле человек человеку не брат.
И слова заменяет легко реактивный  разряд
По высоткам, где факелом плавятся дети врага,
По проспектам, где в разные стороны труп и нога.

И воронка в свой омут вбирает все больше людей,
Разных стран, разных каст, разных истин и разных церквей.
Ускоряется время количеством сирот и вдов,
У огарков домов поднимаются рощи крестов.

И запутавшись в лозунгах насквозь фальшивых совсем
Семь столиц управляют процессом, который уже
Ни одной не подвластен на этом крутом вираже
Исторической фазы, в которую выжить не всем.
11:24 15.8.22 СРВ З