Музыкант во дворе и настойка на орешках

Как пили поэт и музыкант.
Нет.
Как пили просто поэт и поэт тире музыкант. Музыкант в центре города живёт, а просто поэт – на рабочих окраинах. В общем, шёл мокрый снег...

Поэт с утра себя чувствовал очень плохо после вчерашнего, и не было у поэта ни копейки денег. Пошёл поэт на завод к прежним коллегам перезанять, ну, хотя бы на "чекушку". Коллеги его не поняли: мы тут на заводе вкалываем, а ты что – особенный? И послали его заре на встречу – в заводоуправление. Четырёхэтажное здание из серого кирпича, где просить о чём-либо просто бесполезно. Капиталисты они и есть капиталисты, одно слово – кулаки-мироеды.

Вышел поэт с завода и направился в баню через дорогу, прямо рядом с заводом. Баня эта старинная, ещё в шестидесятых годах прошлого века построена при первом директоре. Надеялся поэт: может там отдыхающие есть знакомые. Кстати, хорошая банька. И цены демократичные. Вошёл, а там народу много, но с виду: то ли прокуратура, то ли братва – не отличишь про разговорам. А в простынях – все на одно лицо. Поэт никого не знал. Короче, вышел поэт без шума на дорогу, пока братва прокурорская не наваляла чужаку, дабы не стоял близко.

Вышел поэт на дорогу и встретил на остановке одноклассника. Лет тридцать не виделись.
– Привет!
– Привет!
– Как дела? Как дети?
А какие у нас дети? Внуки уже.
Слово за слово – маршрутка подходит. Однокласснику, но в другую сторону.
Поэт говорит: "Выручи, друг, мне – в центр. Хотя бы во одну сторону. Там разберусь". И выручил одноклассник тридцатником. Поэт через дорогу – шмыг. В маршрутку – шасть. Сидит. Скромно сидит, не отсвечивает.

Доехал поэт до поэта-музыканта. Созвонились, встретились. Потопали к минимаркету. Затарились и отошли в сторонку от центральных улиц. Во двор гостиницы, которую недавно турки в Первомайском переулке воздвигли. Музыкант с опытом большим – прошёл джазовую школу.
– Да на, хлебни настоечки на кедровых орешках, – говорит поэт тире музыкант просто поэту и протягивает стаканчик пластиковый с напитком. – Ради сугреву, не пьянства для.
А музыкант джаз-мэн в молодые года в торговом флоте работал. Моряк. С Кубы сахар в СССР возил.
Выпили. Закусили, чем Бог послал, через минимаркет передал.
Ну и понеслось...

Октябрь 2017 года.

П. С. Вот так я бухал год назад. Шёл мокрый снег. Ужас. Кошмар просто. Если бы не эта запись – не вспомнил бы. А тут картина встала вся перед глазами. Как живая. Вот она, антиалкогольная воспитательная функция Интернета.

Октябрь 2018 года.

Виктор Левашов, Ярославль.