Подкидыш

   - Тише! - строго шепчет в дверях Надежда Константиновна, помогая раздеться вошедшему Владимиру Ильичу.

   - У нас гости? - с видом заговорщика весело подмигивает
он левым глазом.

    - Да уж, гости так гости. Можете пройти и полюбоваться на гостей.

   Владимир Ильич проходит в комнату и остолбенело смотрит на диван. На диване лежит продолговатый белый свёрток, в нём тихо посапывает младенец, причмокивая какой-то цветной тряпочкой во рту.

   - Кто это? - в недоумении спрашивает Владимир Ильич не смея подойти поближе к дивану.

   - Кто? Можете почитать кто. На пороге нашла. А вот ещё вам записка. Можете ознакомиться.
Почитайте, почитайте. Соседи видели худую женщину, с ног до головы замотанную в чёрное, они подумали, что это к нам бедные родственники из деревни приехали. Читайте вслух, я хочу послушать.

   - Владимир Ильич! Это ваша дочь. Прошу назвать Агриппиной,
- скороговоркой выпаливает Владимир Ильич и в бессилии мучным кулём валится на стул.
- Но это провокация, Надежда Константиновна, я догадываюсь чьих рук это дело. Этот почерк мне знаком, это почерк Инессы Арманд. Вот плутовка! И что же теперь с этим сокровищем делать?

    - Как что, ваша дочь, вы и воспитывайте, будете ей завязывать бантики, за ручку водить на собрания и показывать
всем желающим.

   - Но это невозможно, Надежда Константиновна! Я ужасно боюсь детей. Мне нужен покой, у меня много работы.

   Когда младенец стал издавать какие-то жалобные звуки, Надежда Константиновна взялась
распеленовывать его, приговаривая всякие нежные слова.

   - Агриппине нужны воздушные ванны, пусть полежит, посмотрите за ней, а я пойду кашку сварю, - направилась в сторону кухни Надежда Константиновна, но была остановлена испуганным криком Владимира Ильича - Нет! Не оставляйте меня одного! Надежда Константиновна укоризненно покачала головой и скрылась за дверью.

    Под взглядом Владимира Ильича ребёнок проснулся и стал плакать.

    - Над седой равниной моря ветер тучи разгоняет, - стал забавлять девочку Владимир Ильич, щекоча ей бока. - Смело мы в бой пойдём за Власть Советов,- распелся он, показывая младенчику козу.

   Когда девочку с горем пополам накормили, напоили и взялись баюкать, Владимир Ильич
громко вскрикнул - Надежда Константиновна! Вы только взгляните - у Агриппины на левом ушке точно такое же родимое пятнышко, как на ушной раковине Феликса Эмундовича! Да Агриппина ведь копия он, как я сразу не догадался! Из Дзержинского получится хороший отец, он детские сказки любит, я у него видел много детских книг.

   Так, где у нас ручка с бумажкой? Сейчас я ему записочку напишу. Высунув язык
старательно выводит большие печатные буквы и по слогам читает вслух - Феликс Эдмундович! Это ваша дочь. Прошу назвать Феоктистой.

  - Пойдём Феоктистушка к папе, - взяв свёрток на руки поспешил на выход Владимир Ильич. А Надежда Константиновна
утерев скупую слезу пошла мыть посудку.