Любил ходить я в рестораны
Над речкой нравился один.
И, от вина немножко пьяный,
Я вел себя как господин.
Весь зал я видел наизнанку,
Стоял мой столик у окна.
Нет, не любил большую пьянку -
Вино сухое пил до дна.
Был столик пристанью поэта,
Вокруг меня кружился зал.
И много шума было, света,
Но от стихов он замирал.
Друзья мне хлопали, кричали,
Ещё стихи, чтоб повторил.
Все о любви, конечно, ждали,
И снова в транс поэт входил.
Какую женщину, какую
Напротив видел я насквозь!
Черноволосую, живую,
А я всего-то - только гость.
Иду на танец, приглашаю
И в замирании тону.
Ей душу, сердце открываю,
А сам под чарами в плену.
Цыганка эта, дочь барона,
С улыбкой смотрит на меня.
На ней блестящая корона,
Забыл я счёт текущим дням.
Ходили в табор и гуляли.
Случилась страстная любовь.
Мы с Шейлой разум потеряли,
Но быть нам вместе не пришлось.
Нас разлучили, разлучили:
Барон увез подальше дочь.
Я был подавлен и бессилен,
Ничем не мог любви помочь.
Любил ходить я в рестораны,
И столик был мой у окна.
Не от вина бывал я пьяный –
Искал в угаре: где ж она…
1972 г.
Свидетельство о публикации №122080806231