Февраль 2018-го...

1. «Валерию Прокошину (1959-2009)»

Между Бродским и Пушкиным.
Между адом, нирваной и Богом.
Виртуальная нежность заветные ищет слова.
А за ними – конвой да синдром одинокого логова
Частоколы ловушек…
В раздачу халява-халва.
Там не кони храпят и не волки лютуют тамбовские.
Там заложники Матриц плетут до зари кружева.
Правду-матку несут, разбавляя её отголосками. *
«Что молчишь? Ты – живой?! Я, пока, слава Богу, жива…».
Тень погасших страниц. Новый клон очумевшего юзера.
Подвизаться у неба не всем в лейтенантах дано.
Здесь рукою подать от шедевра до злобного высера.
Гипертексты и рэнга – стихирного мира панно.
По кругам Интернета, до лимба, на стругах хароновых,
огибая бурлящей воронки тугую спираль,
в свой последний приют от пиров и пиаров андроновых
уплывают за мэтрами те ещё, блин, мастера.

3-4.02.2018
PS:
* Вместо «отголосков» намечался иной вариант: «поминая церквушку в Боровске…», имея в виду циклы стихов Прокошина, посвящённые этому городку.
«Прогулки по Боровску» – подборка стихо В.Прокошина
Боровск – город в России, административный центр Боровского района Калужской области. В XIV-XV вв. – один из центров Серпуховско-Боровского княжества. В 2000 г. вошёл в список исторических городов России. Имеет почётное наименование «Город воинской доблести» (2017).
Увы! Ударение в названии города падает на первый слог: Бо;ровск. Пришлось вернуться к «отголоскам».

«Между Пушкиным и Бродским» – книга стихов, за которую Прокошин получил премию Марины Цветаевой (2006).

2. «Издеваюсь…»

Я родился в фабричном бараке и жил в нём, как свечка сгорая,
Освещая собою подвалы, углы, чердаки, пустыри.
И кого-то любил, не боясь, ничего ещё не понимая,
Только чувствуя, как тёплый пепел любви оседает внутри.
(В.Прокошин)
-----------------------------------------------------

Выгораешь? – Выгораю!
Свечкой трёхкопеечной.
Огороженный дюралью
клетки канареечной.
Не рыдаю – жалко хнычу.
Вьюсь болотным ужиком
от шлепков и зуботычин
за домашним ужином.
Может, вправду – издеваюсь?!
Сам того не ведая.
Жизнь – столовка гостевая.
Завтраки с обедами…

5.02.2018

3. «Бунт»

О кончине ветхой классики
говорили мастера.
О её занудной пластике:
слой за слоем
– пастила!
Пансион силлабо-тоники.
В погремушках пресных рифм.
Строф столбцы – матроны томные.
Декораций душных грим.
Надоели рамки косные!
Фигли-мигли буриме.
Оскоплённые и постные
в суматошной кутерьме.
Нам милей поток сознания
под верлибра перебор.
В общем, мы – за обрезание.
За безумие Рембо!

6.02.2018

4. «Трансцензус. Внемли…»

Свободный Каз…
Без примесей с клише
Кургузых рифм, размерностей и метров.
Природе дань.
Божественный мимезис!
Образчик Обращённости в Себя.
В нём Таинство Сыновнее царит.
И Дух живо-строительный трепещет!

6.02.2018

5. «Прощание с Классикой. Шутка»

Богини девственной округлые черты,
Во всем величии блестящей наготы,
Я видел меж дерев над ясными водами.
С продолговатыми, бесцветными очами
Высоко поднялось открытое чело, –
Его недвижностью вниманье облегло,
И дев молению в тяжёлых муках чрева
Внимала чуткая и каменная дева.
Но ветер на заре между листов проник, –
Качнулся на воде богини ясный лик;
Я ждал, – она пойдёт с колчаном и стрелами,
Молочной белизной мелькая меж древами,
Взирать на сонный Рим, на вечный славы град,
На желтоводный Тибр, на группы колоннад,
На стогны длинные… Но мрамор недвижимый
Белел передо мной красой непостижимой.
(А.Фет. Диана)
--------------------------------------------------

Поток сознания…
Нам Слово – не указ!
Свобода полная от рифмы и конвенций.
И вот рождается из пены, без пинка,
Поэза Хаоса в каскаде турбуленций.
Оставьте пудру косметических прикрас!
Судьбу и почву. Шторки и подпорки.
Тюремных форм надуманный каркас.
Войдите в мир Цветаевой и Лорки.
А лучше – в свой. Где так неповторим
Закатный луч. И трепет каждой фибры
Вбирает всплеск Невы и шорох Тибра,
Забив притом на Питер и на Рим…

– Но…
Где, прости, обещанный верлибр?!

7.02.2018
PS:
«Скажите, что можно увидеть по ту сторону зеркала? Если находишься по его другую сторону? Софи видела то, что происходит там. Там все по-иному. Там иная реальность.
Вечерело. Софи стояла на набережной Невы-реки, что в Санкт-Петербурге. Смотря на тихо плещущиеся волны, которые словно успокаивали её душу, говоря при этом, что всё в порядке, всё хорошо. Она чувствовала покой и умиротворение. Да, печали и горести отошли на второй план. Она слышала только всплеск ударяющихся о набережную Невы волн. Закат. Солнце скрывалось за горизонтом, озаряя последними лучами уходящего солнца Петропавловскую крепость. На небе появились первые звезды. Тихо и безмятежно мерцая, они предвещали восход луны или месяца. А вот и он, неподалеку от уходящего солнца восходит в небосклоне мерцающих звёзд. Все тихо и мирно вокруг, тишина».
Дмитрий Боррони. Ребекка: Путь во спасение.

Забавная хреновина!
Я – про верлибр.
Тому, кто поднаторел в силлаботонике (или подустал от неё), есть резон попробовать. Но... При условии,
что действительно поднаторел. И... Что «схватишь» суть этого самого верлибра.
А зачем? В смысле: пробовать. А хотя бы для того, чтобы испытать себя: насколько ты пиит.
В верлибре ты уже не можешь полагаться на рифму, метр и т.п. Только – «внутренняя свобода». Без «подручных».
Но... На самом деле, как мне кажется, попробовав себя в этом, есть смысл вернуться назад. К Классике. Чтобы проверить своё согласие с РЕЧЬЮ

6. «Чем не танка?!»

Читаю профессора Минералова.
Эссе. О Верлибре.
Тут же вспоминаю Миролаву.
Фамилий созвучие.
И, заметьте, опять же – Юрий!

7.02.2018
PS:
Юрий Иванович Минералов (1948-2012) – выпускник МГУ им. М. В. Ломоносова, заслуженный деятель науки Российской Федерации, доктор филологических наук, профессор, член Союза писателей России.
Поэт. Литературный критик.
Пятнадцать лет преподавал в Тартуском университете, двадцать пять лет (1987-2012) работал в писательском вузе Литературном институте им. А. М. Горького – сначала профессором, затем заведующим кафедрой русской классической литературы и славистики.
Автор ряда трудов по истории русской словесности и поэтике.

Юрий Милорава. Поэт. Критик. Переводчик. Родился в 1952 г. в Тбилиси. Окончил Тбилисский институт иностранных языков. С 1990 г. в Москве. Публикует стихи с 1980 г. в журналах «Континент», «Крещатик», «Черновик», Антологии русского верлибра и др. Изданы две книги стихов. Автор критических и литературоведческих статей, воспоминаний о Викторе Шкловском, переводов с французского и грузинского языков.
Как я понял – яростный апологет Верлибра.

7. «После просмотра сериала «Палач» и материалов по творчеству Олега Прусова»

Ни философский камень больше не ищу,
Ни корень жизни, – ведь уже нашли женьшень.
Не вдохновляюсь, не стремлюсь, не трепещу
И не надеюсь поразить мишень.
Устал бороться с притяжением земли –
Лежу – так больше расстоянье до петли.
И сердце дёргается, словно не во мне, –
Пора туда, где только «ни» и только «не».

На коне, – толкни – я с коня.
Только «не», только «ни» у меня.
(В.Высоцкий. Песня конченного человека)
-------------------------------------------------------

Палач и жертва. «Сладкой парочкой».
Кому сегодня претерпеть?
Один – хромой, другой – припадочный.
А на кону маячит смерть.
В косынке Тоньки-пулемётчицы.
С косою в кожанке ЧеКа.
А жить… Оно –
                понятно:
хочется.
И голытьбе, и барчукам.
Волчицу травят волкодавами.
Кто суть страшней – решает Бог.
Взамен «побоища ледового» –
ордынский стёганый сапог.
Подложных правд хитросплетения.
К венцам куются бубенцы.
Растёт в полях не злак, а терние.
Во власти, знамо – подлецы.
Опять в начальниках «берёзкины».
Опять «лосякины» в цене.
И псы заходятся с подпёсками.
И только «ни», и только «не».
Доходный дом. Колпак с подвесками.
Христа забанивший двойник.
Читает Геббельс Достоевского.
И только «не», и только «ни»...

11-12.02.2018