Мусорный бак опрокинулся...

***
Мусорный бак опрокинулся
К полудню ближе
Из него – вывалился
Предводитель,
Он же – распорядитель, 
И иже с ним, и с ним иже. 

Не рыж, не белобрыс,
Не толстоват, неинтересен, нарцисс,
Немолод, плешь уже всем прогрыз,
Любящий тему «углов – биссектрис» –
Обыкновенный Крыс.

По мировому названию,
Скорей, по призванию
Мускусный? Картофельный?
Профильный?
Сумасбродный?
Углеводородный?  –
Как ни крути,
От термина не уйти,
Как не назови –
C'est la vie.

– Как! Вы не уважаете крыс?
Вы не любите грызунов, везде обитающих?
Как самых ранимых, очевидно, млекопитающих,
Чей предводитель мелок и лыс?

– Он мог бы стать хозяином муравьиной фермы.
– Да уж явно, не донором спермы.
Хотя идиоток, желающих от него зачать –
И не сосчитать.
– Ему бы в пору выковыривать изюм из булочек
Да вдохновлять придворных потаскух-дурочек.
– Правда, было бы чем
Без особых лечебных схем?!

Нагрянул посол лагеря вражеского,
Чьи чужды навскидку для крыс алфавиты,
Не оставляя запахов и следов
(Каков! Ни судов, ни стыдов!),
Вида, прямо сказать, торгашеского,
С сомнительным членом свиты,
Починяющим примус.
Спасайте! У короля изменился прикус!
У короля – психоз.
Он загнан в угол. Рвота, понос.
У него обнаружили вирус!
Он ушёл в минус!
Королевство идёт вразнос!

Явились со всех дыр и щелей
Крысы-ангелы, крысы-черти,
Неся на подносе в пурпурном конверте
Крысиное золото и елей.
Чьи лапки – в крови до сгиба.
Хоть сгибы – и не предел
(В ней – весь крысиный отдел),
Да и на том – спасибо!

Вот ведь значимость – из-под пяток,
Засучив рукава в строю,
В пять поклонов и восемь присядок 
От венца короля – к алтарю,
От алтаря – к камергеру ослу,
От осла – к послу!
Будто с картинок затёртых страниц
Шествие вышло крысиных лиц.
Это больше, чем лице-действо,
Это – явное лице-мерство!
Это форменное лице-прикладство
На лице-премьерство!
На лицах Имперства –
Зверство!
Обычное людоедство!
Это мордующие мордовороты! 
Мордора мордобойные роты!

Примкнули к крысиному строю,
Дабы не получить геморроя,
Солдаты искусства.
Да чтобы им стало пусто
С этим искусством невкусным!

Появился Некто,
Сам по себе, не из какой-либо секты.
Был непреклонен,
Бесцеремонен,
Нескромен.
Не мямлил, слово не мял,
Выпалил – как расстрелял:
«Служители крысиного помёта
Легко дошли от Библии до пулемёта!
Какие к чёрту ангелы! Какие к чёрту черти!
Любая власть достойна смерти!».

Починяющий примус член свиты
Даже воодушевился подобной дерзости, 
Ему нравились вольные мерзости
Он их сам нередко насвистывал,
Будто бы сам нотный альбом перелистывал,
На мотив сюиты
Из балета местного,
Широко известного.
Сюита-фетиш,
Имеющая престиж
Первой премии крыс.
Кис-кис-кис!
Кыс-кыс-кыс!   

Отсортирована в срок погибель.
«Ай-лю-лю, цигель, цигель»!
Перестаньте снимать
Пенки с решения!
Перестаньте же мять
Бумагу предположения!
Перестаньте воду в ступе толочь!
Прочь! Прочь! Прочь!
На кону чья-то жизнь, на кону интересы.
Крысиные. Шкурные. Стрессы, стрессы…
Оставляйте-вычёркивайте: «доверять!»,
Решаетесь-трусите: «убивать!».
Сколько сбежалось невротиков!
Крысолов, будь готов!
Прошла пора котиков,
Время – котов!

08 августа 2022 года
г. Москва