родное сердце

Уже и август. Не заметим,
как пронесётся, и тогда
останется скучать по этим
дням, предвкушая холода,
присущие осенним будням
в крылатках мокрых на ветру,
и ощущением подспудным -
и я когда-нибудь умру.
Но август щедр - поём осанну
сухим ночам, горячим дням.
и радуемся несказанно
тому, что август дарит нам -
деньки последнего накала,
испив которые взахлёб,
губами нежными ласкала
подставленный горящий лоб.
Искала бьющуюся жилку
на треугольнике виска,
просила тихо - удержи-ка,
пока цена не высока
теплу, пока никто не топит -
не осень, чай, но всё равно
дождей предчувствуется топот,
под вечер - тёплое вино
в пузатой чашке, чтоб согреться,
квадрат Малевича в окне.
Осенний дождь, родное сердце,
скучай по мне, скучай по мне.

***

Август жжёт, кофе в турке кипит,
бутерброд аппетитен и лаком.
Выходи на прогулку, пиит,
у ворот, крытых пековым лаком,
задержись, удивись черноте,
и - вперёд в разноцветье сюжета.
Вот бы в классики! Только и те
никому не нужны, вообще-то.
Август жжёт, или жжётся, верней,
солнце липнет и тает на коже,
можно красного, что с Пиреней,
но шмурдяк подешевле - такой же,
и не катит спиртное в жару,
вдохновения нет, хоть убейся.
Этот август, как смерть на юру
или пытка в толкучке Собеса -
кто тут крайний? А крайних полно,
вот раздолье пикейным жилетам -
обсуждать это адово дно
неуёмным засушливым летом.
Август жжётся, желтеет листва,
и душа не желает полёта,
покрывает домов существа
ожидаемая позолота -
значит, август вступает во власть.
Жжёт неслабо, но в этом и прелесть.
K чёрту классику - жизнь удалась,
но на солнце мозги перегрелись
у идущих домой бедолаг -
поступь волчья, улыбочка лисья.
Вот ворота, и пековый лак
облетает, как чёрные листья.