свет тусклого пламени

Позови меня дрожью имени,
Бесконечною нитью прошлого.
Назови же своей любимою
Беспокойно и настороженно.

Пылью кроется грань возможного,
То, что прожито станет истинным.
И молчание придорожное
Всё звенит вечерами мглистыми.

Васильковая нежность поступи
За лукавую блажь заступится,
Непокорных метаний звёздами
От страданий своих откупится.

Чуть ленивой и вязкой ласкою,
Серебром под луной начертанной,
Неприглядное скроет маскою,
Так неловко, но преднамеренно.

Нет естественней в мире слабости,
Чем любовь поднебесно вечная.
Нет естественный в мире радости,
Быть рукой её изувеченным.


Рецензии