Военное время

Ничерта не видно. Гребаное ожидание. Ненавижу ждать. Интересно, а барабанная дробь будет?
-Готовься! Целься!...
А вот и барабанная дробь. Я вот думаю, они специально завязывают глаза?  Издеваются суки, наверное. Я ведь сам прекрасно знаю, что умру. Но хотелось бы напоследок и солнышком насладиться. А может они просто сами бояться. Но кого? Ведь я им ничего плохого не сделал. Еды и воды им хватало, даже с учётом моих краж. Гребанное военное время. Если бы не оно, они бы и не заметили, что у них воруют. А я не стоял бы здесь с завязанными глазами. Я мог бы с лёгкостью всего этого избежать. Но глаза детей, жующих хлеб, запивая жиром от тушенки. Нет ничего ценнее этих благодарных глаз. Я отдал больше, если бы смог. Но рано или поздно обо всем узнают. Вот и итог.
-Огонь!
Ужасная боль пронзила плечо, за ним бедро. Пуля, пронзившая щеку была последней, что я помню. Она прошла навылет, сломав мне челюсть и выбив четыре зуба. Попутно сбив с глаз повязку. Последнее, что я увидел, был страх. Страх в глазах детей, которых я кормил хлебом и тушенкой. Они плакали, но стреляли.