ЦДКС

Цикл посвящен Центру дальней космической связи, расположенному в Республике Крым близ курорта Евпатория. Все персонажи подлинные, каждый из них заслуженный деятель ГОГУ - главной оперативной группы управления. На счету каждого множество космических экспериментов, экспедиций к Венере, Марсу, Фобосу, комете Галлея. Здесь, в Крыму, в поселке Школьное, проходила подготовка экипажей советских «Луноходов». После завершения эпохальной лунной программы 60-х годов экипажи луноходчиков – «земных космонавтов» - составили костяк группы управления полетами межпланетных станций. ЦДКС продолжает работу, продолжается его славная история. Продолжаются марсианская и лунная программы. Функционируют на высокоэллиптических орбитах российские космические телескопы. Крым – одно из самых главных мест космической славы нашей страны и всего цивилизованного мира. Но были и сложные времена, потери и даже разруха. А люди работали и продолжают работать в ЦДКС. В их работе есть и пафос, и серые будни, и развлечения, и романтика. Пусть немного, но сложим про них несколько стихов.


***
Развевался ночной гобелен
над ракушками серых антенн,
и среди тишины
шепот звездной волны,
как мерцанье гитарной струны.

И сгущается терпкий уют,
здесь счастливые песни цветут.
В их воздушный наряд,
темноты аромат
облачен твой задумчивый взгляд.

Наконец ночь устанет блистать
и покатится, словно звезда,
по рассветной канве,
по пожухлой траве,
упадет на ладони Москве.


***
Над Землей звездный дождь,
над Землей - чудеса.
Он пришел, добрый гость,
чтоб согреть нам сердца.
И ловят капли белые
в расставленные пальчики
космические девочки,
космические мальчики
с глазами удивленными, влюбленными в меня.

Я затеплю свечу
и раскрою окно,
вас увидеть хочу,
как когда-то давно.
Ворвется бриз полуночный
сигналом передатчика -
космические девочки,
космические мальчики
рассядутся-устроятся у зыбкого огня.

Помечтаем о том,
как в безмерной дали
наш плывет добрый дом,
наш кусочек Земли.
С планетами-кометами
шутя играют в салочки
космические девочки,
космические мальчики
с глазами очень строгими
и многие в очках.

Свет далекой звезды
поколеблет струну.
- «Мы все те же, а ты?»
И тогда я кивну...
Вдруг все вокруг завертится,
как солнечные зайчики!
Космические девочки,
космические мальчики,
мы вместе? Мне не верится…
И снова звезды светятся.
И снова звезды светятся,
как слезы на глазах.


***
Золотая акватория,
белый город Ев-па-то-ри-я.

В центре города субтропики,
отдыхающие в топиках,
водо- и грязелечение
и другие развлечения.

Здесь на каждом на шагу
на волшебном берегу
пей вино ешь курагу –
удержаться не могу!
Я-не-мо-гу!

А вдали прибои пенные,
побережие ан-тен-но-е.

Здесь пейзажи марсианские,
а ветра венерианские,
окна цвет-венецианские,
а условия спартанские.

Волны блещут на бегу,
горлинки зовут ГОГУ,
всё зовут-зовут ГОГУ,
а ГОГУ на берегу
и не гу-гу…

Не на отдыхе на яхте мы –
на космической на вахте мы!

Жизнь казалась бы обыденна
в деревеньке славной Витино:
вся такая прямоточная,
вся уютная-молочная.

То акации в соку,
а то туи на снегу;
в солнце, в ливень и в пургу
на посту и начеку.
И-на-че-ку!

Мы не с бухты не с барахты мы,
а земные космонавты мы!

Даже ездим на автобусе
не куда-нибудь, а к Фобосу,
применяем вместо компаса
Ахернары и Канопусы.

Наш
след потомку-земляку
на венерином лугу
и в кометином боку
стал подобен маяку.
Да, ма-я-ку!

И у нашей Евпатории
не кончается ис-то-ри-я!

Ведь помним мы  про жизнь «обыденну»
в деревеньке славной Витино
и как ездили в автобусе
вместе все на встречу с Фобосом;

и про акации в соку,
и про туи на снегу,
и про волны на бегу,
и про славное ГОГУ.
…
Ах, какое небо звездное!
И жалеть о чем-то поздно нам!


***
Человек находит песню,
коль она нужна.
Мир большой от песен тесен,
но нужна одна:

чтобы в ней хранилось дело
каждого и всех,
чтобы эту песню пели,
веруя в успех.

Вновь уходят каравеллы
к дальним берегам.
Это смело, это - дело
и, как раз, по нам!

В океан, в открытый космос,
в крымские ветра
нас зовет старинный компас,
вечный, как мечта.

Мы выходим на свиданье
с Утренней Звездой,
сказочной наполнен тайной
каждый день простой.

Будни бегают по вантам,
пот на телесах,
но святого Эльма фантом
в наших парусах.

Счастье добрых начинаний
нам принадлежит,
наше светлое мечтанье,
как звезда, горит.


***
На Венере снова ветер
и кислотные дожди,
а у нас ТАКОЕ лето –
счастья просто пруд-пруди!

Ночь темна и звездопадна.
В море светлые круги –
звездопады до упаду –
от твоей идут руки.

В поле млечная тропинка.
Мы по ней идем вдвоем
и ржаные колосинки
отливают серебром.

Полночь пахнет светлячками,
теплый воздух недвижим,
и, наверное, стихами
мы сейчас заговорим.


***
По длинным гулким коридорам
мы входим в Центр в ранний час.
Зал пуст и дремлют мониторы,
но все завертится сейчас.

Событие! О нем мечтали
мы много долгих, трудных лет
и верили еще в начале,
что ничего прекрасней нет.

И вот оно, простое чудо –
вдвойне чудесней в первый раз –
оно так далеко отсюда
и так тонка-тревожна связь.
   
Еще так рано, очень рано
и у антенн игра теней:
кружились над водой в лимане
четыре ниточки смерчей.

Сейчас-сейчас! Эфир замолкнет,
слюдяный мрак пойдет на спад
и брызнет в радужные окна
рассвет, как будто дальний старт.


Лунодром.*
2012 год.

Яркий подвиг какою-то мерою
разве может быть вдруг оценен?
Ни при чем здесь цвета черно-белые –
где-то между наукой и верою
испытательный тот полигон.

Занесенные ветром развалины…
Ни Везувий, ни страшный потоп,
а людского сознанья окраины,
безразличия ржа и окалина
загоняют историю в гроб.

Это всем назиданье-напутствие:
память как не карёжь под кураж,-
неуместно сопливосочувствие –
все равно здесь незримо присутствует
ЛУНОХОДНЫЙ СВЯТОЙ ЭКИПАЖ!

Э-КИ-ПАЖ! – это слово целое.
Их ведь не было по одному.
Общим было их дело  смелое
и оно мастерами их сделало,
достающими с неба Луну!

Вместе с ними мы снова на празднике.
Негатив весь послали к чертям!
Все прекрасненько,
пили красненькое,
улыбалась природа нам.

*лунодром – специально устроенный полигон близ поселка Школьное в Крыму для тренировок экипажей по вождению и управлению «Луноходом-1» и «Луноходом-2».


***
Всего лишь сутки ехать
и два часа лететь.
Нам это не помеха –
лишь стоит захотеть.

Но нам тоской по дому
не изменить приказ.
Нельзя нам по-другому –
на службе мы сейчас.

Здесь пылкие рассветы
и блески сизых волн.
Там, дома, бабье лето –
здесь – бархатный сезон.


Сотворение мира.

Утро мироздания,
самое ранее.
На листьях истории
временная роса,
заложенная  заранее,
в предыстории.
Чу-де-са!..

Алеть ли заре, если нет еще неба
и свет не умеет светить
Реальность неслышно вторгается в небыль,
видения ткет подсознания нить.
               
Из Вечности в Вечность
свой путь многотрудный
сквозь Бесконечность
проходят секунды.

В темном убранстве,
тенью за тенью -
пустого Пространства
оплодотворенье.

Вселенной было уж очень легко,
безматериальной деве,
ведь не было ни-че-го
в ее сингулярном чреве.

И вдруг забилось сердце
сына - младенца,
в сплошной темноте - не приглядеться -
ма-а-а-ленькое тельце!
…               
Маятник-призрак,
как крыло ворона.
Заветный миг близок,
но все по ту сторону.

Как в зазеркалье, отображение
и все нарастающее напряжение.
Трещат скорлупой
оковы движения
и четкой чертой -
граница Рождения.

Все ближе и ближе
экстремума высь,
чаще все дышит
материи жижа...
Пробил твой час, малыш, явись!
…
Что за этим мигом 
ждет тебя, мой мир?
Может смертным криком
огласишь эфир?

Страшным катаклизмом
твой разрушен сон,
яркою харизмой
быть ты обречен!

Чувствуй муки жизни
в трепете частиц,
в Космос мертвый брызни,
не найдя границ.

Размножай теорий
непочатый край,
в радости и в горе
вновь себя познай.

Тысячи сомнений
породив в груди,
в целеустремленьи
счастье обрети!


Либералам девяностых

Нам объявили,
что мы не так жили
и все, что мы сделали, было не так.
Мы даже не жили,
а небо коптили
и допустили развал и бардак.

Но все-таки мы жили – ЖИЛИ!
И было все у нас в руках.
Каких мы дел наворотили! –
не вам судить о тех делах.

Нам говорили:
не так мы любили –
без секса, гламура и прочих прикрас.
Отсталыми были,
отстойными были.
Такими же видели в будущем вас.

Но все-таки мы были – БЫЛИ!
И были счастливы не раз.
Каких мы девушек любили!
И как они любили нас!

А все-таки мы были – БЫЛИ!
И были счастливы не раз,
ведь МЫ Венеру покорили
и был на очереди Марс!

Мы все-таки не просто были.
Мы до сих пор имеем честь.
Нас слишком рано позабыли.
Мы – навсегда: не были – ЕСТЬ!


Телефон

Теперь-то мы с мобилами,
а с ними связь – пустяк.
Без них-то как? И было ли
когда-то все не так?

Мой внук, сейчас поверишь ли,
гоня рукой курсор,
в пятнадцатикопееШный
минутный разговор?

Но вряд ли нам забудутся
те вечера в Крыму
и телефон на улице
и очередь к нему.

С монеткою у прорези
накручивали диск,
прислушиваясь к голосу
сквозь мерзкий треск и писк.

Пространства межпланетные
нам были нипочем.
Но если безмонетный ты,
то недоступен дом!

Комету снять? Пожалуйста!
Наш  аппарат все мог.
Но кто мечтал о малости,
как видеозвонок?
   
Пятнашка-выручалочка -
скажу спасибо ей –
лежит в тисненой папочке
в коллекции моей…


Шашлама

Что такое «шашлама»? -
смачное название -
это в чане кутерьма
и благоухание.

Ах, чего там только нет!
Чудное создание!
Главный же ингредиент –
славная компания!

Хорошо вдали в тиши.
Будто ты в дацане:
занимайся от души
миросозерцаньем.

Снимем пробу, болтанем.
-Как? Готово, что ли?-
Со значением кивнем
и   …    добавим соли.

Ах, истома, ах, лелей!
Господин полковник,
поскорей налей, налей
в мисочку половник.

Волн морских голубизна,
солнце золотое!
-Ну, по первой. И до дна.-
Понеслось застолье!


Футбол

Вот болельщики собрались.
В центре поля мяч.
«Управление»-«Анализ» –
эпохальный матч!

Шумно, весело, азартно.
Краски торжества
преумножит многократно,
разнесет молва.

С «Управлением» не просто
нынче совладать:
Игорь с Ваней – это звезды
«Спартаку» под стать.

Но пускай не из бразилий,
стоппер и хавбек,
у «Анализа» Василий
первый человек.

Разыграли, пнули мячик:
вправо-влево, взад-вперед.
Это вам не телеящик –
настоящий бой идет!

Ваня жал авторитером,
Игорь обходил вокруг,
но для Васи козни эти
только пустяковый трюк.

На газоне Игорь с Ваней!
Свист! Кричат: «Судью в ГС!**»
Только спорить с Васей станет
кто? И весь запал исчез.

Снова накалились страсти.
Ах, какой пошел футбол!
Вдруг один веселый мастер
закатил в ворота гол!!!

Сколько там голов забили,
кто победу одержал –
всяко-разно говорили
и никто не уступал.

Мы не против серых буден,
но такое не забыть!
Мы такое помнить будем
столько, сколько будем жить!

**ГС – гиростабилизация - режим ориентации космических аппаратов, организуемый путем их закрутки вокруг направления на Солнце. Режим ГС обычно использовался в качестве дежурного во внерабочее время. Приведено реально имевшее место выражение по аналогии с «судью на мыло».


Домино

Ездит кавзик по площадкам
и развозит персонал.
Пользуется той лошадкой
весь интернационал:

пятигорские девчата,
ереванские ребята,
европейцам тоже надо,
доктора и кандидаты.

С Фрунзе, с Ленина, с Мойнаков,
от вокзала, на вокзал -
по шоссе и буеракам
верный кавзик проезжал.

В нем на полке под сиденьем
примостили игроки
хитрое приспособленье
вроде шахматной доски.

Чтоб не скучно было ехать
«забивали» здесь «козла».
Сколько шума и потехи
та затея привнесла!

Командир дежурной смены,
наш гроссмейстер и майор.
Он покруче супермена,
очень важен и хитер.

А под стать ему Ревмира,
вычислительный наш центр,
интриганка и задира –
комбинационный мэтр.

Третий – «из простого люда»,
как бы невзначай попал,
только «рыбы» рубит круто,
словом «серый кардинал».

А Мария-то Христина,
как в парижском казино,
заграничная дивчина
тоже любит домино.

Вот француженка не к месту
метит камушек… «Куда?!»-
говорит ей наш «гроссмейстер»,-
«Машка, лепишь!» - «Пуркуа?»

Сто одно! Капусты сладкой
Заготовлен был вилок.
Проиграли? Нам не жалко.
Маша, нате Вам листок.


Поминание

Черный хлеб поверх стакана,
как запекшаяся рана.
Коли, Кости и Татьяна,
вы ушли внезапно-странно,
просто выйдя из дверей.

Слышите, играют Верди.
Этот гимн для нас, поверьте.
Вы поверьте:
нету смерти!
Есть Геннадии, Викентий,
Габдулхай, Альберт, Сергей.

В яркий дальний-дальний космос,
на Венеру или Фобос,
как в горах раскрылся крокус,
вы ушли. Остался голос
в памяти живых друзей.


***
Любовь или дружба,
семья или служба –
полемика не для души.
А душу делить на две части не нужно.
Прочувствуй, пойми, не греши.

Мой друг – это я, а я – это он.
И если вдруг что-то не так,
какой на себя обижаться резон?
Случится ж такой кавардак!

Простейшее это из всех сложных правил.
Андрей – вот хороший пример.
Пусть он, к сожалению, службу оставил,
по-прежнему он Офицер!

-«Ты помнишь?»
 -«Ты помнишь?»
-«Я помню» 
- «И я» -
наш берег, наш ЦДКС...
С тех сказочных пор мы не просто друзья,
С тех сказочных пор между нами нельзя
Вписать категорию «без».

***
Ялта. Осень.
Люба Зосим.
Моря синяя пастель.
Попиваем, между прочим,
старый добрый «Коктебель».

Город-ретро.
Брызги щедро
хлещут мол береговой,
словно солнечного ветра
ярко-радужный прибой.

Старый дворик –
милый Йорик.
Здесь спокойно и тепло.
Люба, час прощанья горек:
нам печально, но светло.


Люси Шадри

Мелким частиком кропит
дождичек с утра,
белым ключиком кипит
в чайничке вода.

Тихо капает вода,
тихо булькает вода –
вся на свете суета –
просто ерунда!

Поспевай зеленый чай,
дождик, мороси!
Мы сегодня невзначай
у Шадри Люси!


Как уютен-домовит
теплый камелек.
Как внутри него шкворчит
бойкий огонек.

От душевного тепла
стала горница светла,
словно нас всех разожгла
искра мал-мала.

Если уж на то пошло,
что ни говори,
где сегодня хорошо?
У Люси Шадри!

Отдохни от трудных дел.
Ты ведь этого хотел?
Вспомни славный наш отдел:
глядь  – помолодел!

И гитара и глинтвейн -
ах, какой хороший день!
День, когда не стыдна лень,
будь благословен.

Ты немало колесил
по родной Руси,
Значит, гой тебе еси
у Шадри Люси!