«Дурак и многословен по-дурацки»,* - хмыкнул он,
оставив на съедение секундам Вавилон.
Что этим он хотел сказать, никто не знает, но
всё ближе к настоящему истекшее давно,
и это всё, что можно по текущему сказать,
заглядывая вглубь времён, которым всё равно.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.