набор интерпретаций

Наш старый двор... Шиповник так разросся
с тех самых пор. A впрочем, погодим
опять решать насущные вопросы -
безлюден двор наш или нелюдим,
откуда знать, когда здесь куст колючий
цепляет, не давая нам уйти,
придерживая нас на всякий случай,
хотя и знает - нам не по пути.
но вот сошлись, притянутые цветом,
как раз пора, шиповник весь в цвету.
Вопросы были. Что теперь об этом.
Сочти цветы, я тоже их сочту.
Опять не совпадём, но узаконит
погрешность все ответы на вопрос -
что было там, в одной из тёмных комнат,
случайно было или же всерьёз?
Шиповник цвёл? И цвет был так же розов?
Зачем пришли сюда, назло годам?
И у меня есть тысяча вопросов
к тебе. Но я их больше не задам.

***

Ты снова о стихах? Давай, прошу,
закроем тему - я с тобой не спорю.
Слова о том, что с мира по грошу -
бомжу рубашка, глупость априори.
Тут спорь-не спорь, душа моя, но я
неплохо шарю в теме слов и денег,
поверь поэту - хочется вранья -
придумает прикормленный бездельник
любую чушь, читай - галиматью.
Где треш, там лайк, тусовка и движуха.
Поверь, я даже рядом не стою,
слова, невыносимые для уха,
не радуют, а лучших не сыскал -
библейские сюжеты, сказки, притчи.
Когда в строке читается оскал,
с чего б мечтать о клире или причте?
Не мир, но меч, гражданственная спесь
и пафос - весь набор интерпретаций
любого текста. Что-то в этом есть,
но взгляд на вещи, думается, адский,
не верный и не варварский отнюдь.
Прости мне, классик, вольность или наглость.
прости за то, что смею посягнуть
на то, что до меня упоминалось,
но римский друг к письму не охладел.
Поэтому, любимая, пишу я,
используя арго и новодел.
Вот книжечку состряпал небольшую,
потом ещё, за ней - ещё одну,
а мог бы и под старость - мемуары,
а мог бы и подборку про войну,
как будто недостаточно кошмара
в любой газете, ленте новостной.
Писательство - работа одиночек,
душа моя, прошу, не спорь со мной,
заедь ко мне хотя бы на денёчек.
И я тебе прочту, но тет-а-тет,
получится посконно и кондово.
сермяжно - нет, я всё-таки эстет,
а то, что вру - ты к этому готова.
Поэтому прочти, потом порви -
стихи, что я писал тебе, играя,
не стоили читательской любви,
такое нынче время, дорогая.