Раздвоение личности

В третьей части своего резюме Спиглазов честно и прямолинейно написал: бываю разный. Это была та шаблонная часть, где соискатели соревнуются в красноречии, пытаясь заново изобрести велосипед, как можно более нестандартно описав свои навыки по работе с powerpoint. Но Спиглазов был устроен не так.
Недавно трудоустроенная, девушка-кадровик, была еще полна эйфории и желания выслужиться на месте. Поэтому так просто отпустить Спиглазова она не могла, и уточняла: расскажите поподробнее.
Спиглазов молчал.
- Янус Полуэктович, вы меня слышите?..
Немолодой соискатель метнул исподлобья взгляд замученного каторжанина, и затянул историю, повторённую более двадцати раз.
- В продмаге был, заведовал снабжением. Продавал. Хозяйством ведал и подсчетам аккуратность давал..
- Нет-нет, - заверещала раздражающая кадровица. – Кем вы работали давным-давно можно прочитать в вашей трудовой. А я хочу узнать о ваших навыках и готовности духом к взаимодействию с другим обществом! Стрессоустойчивость, мотивация, тимбилдинг…
Спиглазов пугался незнакомых слов, и от того, руки его становились влажными, а ноги холодели. Месяц назад ему перевалило за пятьдесят, но вместо подарка, молодой директор конторы подписал приказ о сокращении. В одночасье, стабильность жизни ушла из-под ног, а с ней и надежды на счастливую пенсию. Детей у Спиглазова не было, и помощи в быту ждать было не откуда. Вся надежда была на выслугу трудовых лет, коих скопилось в излишке. Спиглазов встал на биржу труда, нарезал бумагу на равные прямоугольники, и сделал из них визитки, на которых прозаично вывел: «Я.П. Спиглазов. Товаровед-снабженец. 30 лет опыта». Опыт он считал ключевым фактором. Соседского сына, Кольку, не брали на серьезные работы без опыта в деле, так как он еще студентом был и пороху не нюхал.
Однако, оптимистичные мысли развеяла биржа труда, отправив Спиглазова на предприятие, занимающиеся шитьём школьной формы. Незнакомая сфера оказалась негостеприимной, и спустя неделю за значительный перерасход сырья, его попросили на выход.
  Янус вновь встал на биржу. Дальше, то ли по воле божественного провидения, то ли злого рока, то ли шутки ради, но кто-то отправил несчастного советского торговца в беспощадную современную коммерцию. Быстроменяющиеся сферы деятельности, технологичные товары, непонятные услуги, неоновые таблички и сотни тысяч незнакомых слов…
- Это вы что-то про коллектив говорите? Коллектив – всему голова. Он и совесть, и воспитатель! А тот, кто из коллектива выбивается – не товарищ рабочему люду!
- Янус Полуэктович, не горячитесь. – решила зайти с другой стороны кадровица. Давайте лучше я вам дам заполнить анкету. У нас все соискатели такие заполняют. Там и о своих взглядах расскажете.
Такое уже бывало в жизни Спиглазова. Он ясно ощутил это знакомое чувство дежавю. В бытность призывником, юного защитника родины повесткой пригласили пройти первичную медкомиссию. Родину Спиглазов любил нерефлексивно, а потому, явился в означенный день, проведя при этом ряд подготовительных мероприятий. Взял манеру вставать в пять утра. Обливался холодной водой. Бегал. Подтягивался. Взял в библиотеке воинский устав для домашнего чтения, и даже пытался метать кухонный нож.
В военкомате вместо рукопожатий ему вручили тест, сплошь состоящий из палочек с треугольниками, которые нужно было вернуть в пустые квадраты, откуда они повыпадали. В конце теста была небольшая анкета, в которой, среди прочего, был вопрос про отношение к воинской службе. Спиглазов и сам бы вероятно ответил положительно. Но за него чья-то уверенная рука уже проставила необходимые ответы. Спиглазова это больно обидело, и он все ответы коряво перечеркнул.
Но в это раз всё обстояло иначе. Стараясь не ёрзать на неудобном стуле, Спиглазов сунул руку в карман штанов и нащупал там бумажку. Достал её, и не поднимая выше уровня стола, начал переводить незнакомые слова:
Стрессоустойчивость — совокупность качеств, позволяющих организму спокойно переносить действие стрессоров…
«Да, пожалуй, я таков!» - размышлял Спиглазов, ставя галочку в поле «полностью согласен».
- Янус Полуэктович, вы пока заполняйте тест, а я отойду не на долго. Как закончите, я как раз подойду. Тут минут на двадцать.
Кадровица бабочкой упархнула в коридор, оставив Спиглазова наедине с тестом и сидящим в клетке кадровым попугаем.
- На какой процент скорости заполняется батарея смартфона при работе приложений…
- Продовольственная корзина в н-году составляла… от доли круп и мясных продуктов…
- Разница в млн. рублей от инвестиций в дочерние компании…
- Проблемы реэкспорта в логистических процессах…
В спиглазовой бумажке не было ответов на эти вопросы, и попросту, не могло быть. Консерватизм и закрытая обособленность в госкомпании лишили возможности созерцать происходящие вокруг изменения. Спиглазов, полные ужаса и отчаянья перевернул страницу.
  - Что стимулирует людей работать наиболее эффективно?
Конечно это грамота за выполнение плановых показателей, похвала от начальника и путёвка в санаторий. Наконец-то пошли нормальные вопросы.
- Какой коллектив является наиболее комфортным для людей?
Конечно, сплочённый, и желательно ещё, партийный.
- Из-за чего чаще всего случаются конфликты с клиентом?
Ясное дело, из-за буржуйского прошлого родителей.
- В каких ситуациях оправдана ложь?
Хм… Только в тех, когда руководство санкционировало оную.

От затянувшегося интервью и теста Спиглазов нервно ёрзал и потел. В такие моменты он по обыкновению старался напеть про себя что-то мейнстримовое. Современные песни нравились Спиглазову, и ободряли его. Через них он натужно пытался адаптироваться к разным новым, а от того непонятным, тенденциям в социуме. Но сегодня чертоги разума неожиданно подкинули ему давно забытого Маяковского:
Грудой дел,
суматохой явлений
день отошел,
постепенно стемнев.
Двое в комнате.
Я
и Ленин —
фотографией
на белой стене.
Спиглазов предположил, что эти строчки ему навевает стоящий на стеллаже бюст. Чей это был бюст, он не знал. Борода, залысина, испещренный бороздою морщин лоб. Так выглядит любой философ и любой бездомный. Возможно, это какой-то канонизированный деятель кадрового дела, раз стоит в таком месте.
Да, раньше жизнь была проще, а путь виден чётче. Сапоги выдавали. Истину объясняли. Выучился, и по распределению на место садился. Нужным был. А сейчас стабильность Спиглазова зависела от Поверпоинта.
Наконец, дверь кабинета открылась и вернулась та самая белозубая кадровица с набором разноцветных папок.
- Закончили? Отлично. Давайте тест. Вы не думали сходить на курсы повышения квалификации?
Она мельком пробежалась по нему глазами, уже приняв решение, что после интервью отправит его в шредер.
- Курсы это для молодых, не обстрелянных. У меня опыта тридцать лет!
- На этом всё, если вы нам подойдёте – мы вам позвоним. Всего доброго.
Спиглазову стало по-настоящему страшно. Он не первый раз слышал эту холодную фразу. Но она раз за разом повторялась, словно преследовала его. В этот момент он ясно осознал, что поезд жизни ушёл далеко вперёд, а он упал со ступеньки. Чтобы догнать поезд, ему требовалось стать лучше «версией себя», совершить качественный рыков в знаниях и умениях, подкрепить его зашкаливающей мотивацией, упорством и невосприимчивостью к стрессу.
Этот портрет был чужим, не его. Это протест против его советской природы. Протест, против той жизни и системы, которой он жил, и которая его взрастила. Всё это противоречило устоям и заветам того мира, где он жил последние пятьдесят лет.
И даже рушащаяся картина мира не отрезвляла его консервативного ума. Кадровица явно издевалась над уставшим стариком, не выражала почтения к опыту. Вынуждала пойти против собственных убеждений. Стать предателем для старого мира!
Нет, это пахнет двуличием. Притворством, ради краткосрочной выгоды. А Спиглазов сам себе не врёт! Ради этого должно произойти какое-то раздвоение, расслоение личности. А Спиглазов, он – цельный!
Спиглазов – скала! Спиглазов – глыба! Не бывать этому безобразию.

Выходя из кабинета, Спиглазов намеренно прошёл мимо стеллажа с бюстом. Под незнакомым лицом, как бы в противовес идеологии бюстовой личности, на маленькие сварные заклёпки была приделана табличка - Диоген Синопский.
Янус не видел выхода из ситуации, но по горделивой привычке хлопнул дверью погромче.


Рецензии