Старый клоун

Проходит слава. И гаснут рампы. Осколок жалкий настольный лампы.
И старый клоун под самой крышей аплодисментов уже не слышит.
И на столе полушка с водкой. И на афише лежит селёдка.
О где ж ты, молодости священство? Да, так кончается блаженство.
Цирк уехал, а он остался. И в дальний путь неспеша собрался.
Кота погладил он напоследок. И сотку смятую вернул соседу.
Пролистал он фото своей прошлой жизни. Ему не нужно ни речей, ни тризны.
В нём нет ни страха, ни сожаленья. Должны ж когда-то сгореть поленья.
Свой костюм нелепый порвёт он в клочья. А смерть - всего лишь многоточье....
Да он шут, паяц, балагур убогий. Земных арен довольно. Уж теперь коль смешить, так Бога.
Ему вдоволь постыла земных сует суета. Об одном сердце ныло - ну куда же кота?
Крюк на стене и петля на шее. Старый тополь в окне. Да, он уйдёт как умеет.
 Дешёвый скрипнул ботинок. В комнатенке темно. А вдруг долго не снимут? Но.... Ему всё равно.
Он с улыбкою кроткой повернулся к коту, и..... усталой походкой вдруг шагнул в Пустоту.
Его кудри весенний ветер всласть шевелит. Мертвый лик его светел.
На небесной арене он уж Бога смешит.