Как мне отчаяньем не нахлебаться муки...

Как мне отчаяньем не нахлебаться муки,
Вихрами жизни поднятой со дна?
Не перепутать как мне данную с придуманной под страхом отверженья сути?
Не разувериться мне в Боге, не прельститься тем, что шепчет сладко на ухо коварный Сатана?

Бог не торопится мне дать ответы на мои вопросы.
Закрылся Небесами старый Чудотворец от меня.
И я рву, раздираясь в кровь, мне душу скомкавшие тросы ,
Путь расчищая для своих любимых, не щадя себя.

Звенит во мне струной натянутой последняя надежда:
Бог есть. Он милостив. Откроет тайну мне достойного Спасенья Бытия.
Смиренье - слышу вдруг я - пригодится на Пути. И я ищу его в себе поспешно.
Не нахожу, но не сдаюсь и снова расчищаю горизонты, не щадя себя.

Глотками крупными я выпиваю беды, залившие слезами горькими дорогу до Небес.
Ищу себя в богатсве злата.  Раздаю, надеясь обрести Смиренье, злато бедным,
И, получив пинок от них, лечу в Тартарары, в котором меня жарит бес.

Огонь меня прозрел! Я отделила друг от друга сути.
И до Небес неразрешенных дотянуться отказалась. Бог, меня прости.
Мне оказалось во сто крат важнее перестать метаться в поисках спасительного Чуда
И путь свой завершить, пускай, в аду, но вытолкнув из ада тех, кто сердце моим грешным был любим.