Поэма о Владимире-Крестителе. Часть 5

Двадцать лет Владимиру было,
Понесла его жизнь, закружила.
Он порвал с родными и близкими,
Князем стал сиятельным Киевским.
Опьянение властью опасно -
Пропадает душа понапрасну.

Языческий бог среброглавый Перун,
С усами златыми и динными,
Совсем помутил у Владимира ум
И требовал жертвы невинные.
Волхвы возносили глумливые речи,
Что жизни для жертвы нужны человечьи.

Так жертвою стали в ту гиблую пору,
Средь первых российских мужей-христиан,
Убили варяга тогда Феодора,
С ним сын его пал, молодой Иоаннн.
За веру погибших российских святых,
Они были первыми, помним о них.

Но сам же и князь побеждён был нещадно -
Захвачен был похотью княже в полон.
Наложниц без счёта служили отрадой
Для князя, помимо невенчанных жён:
Рогнеда, гречанка, младая чехиня,
Болгарыня, прочие многие с ними.

Как царь Соломон проживая беспечно,
Родил Святополка, Бориса и Глеба,
Детей два десятка, но цели конечной
Не ведал ещё, не спросивши у неба.
Утешилось тело, что жизнь хороша,
Но маялась в этом беспутстве душа.