Голод

Немолода, но хороша собой -
Роскошное хмельное бабье лето:
Густых волос прощальный рыжий зной
Над чувственною бледностью поэта.

Потоки пальцев рвутся на клавир,
Колец печальных сброшены одежды,
Прямой спине салонных танцев мир
С невинных лет завидует, как прежде.

Легко крутя талантов фуэте,
Не видит рябь людского океана,
Лишь тонкий шрам в районе декольте
Земной узор оставил вечной раной.

Давным-давно, когда была любовь,
На всём ходу её велосипеда,
Колючий куст на вкус проверил кровь
Прекрасной спутницы обычного соседа.

Диетам строгим мысли подчинив,
Она в душе испытывает голод,
Всему виной - опасный рецидив,
Когда он прост, но так преступно молод!

Страдая телом, брошенным, о том,
Кто и во сне о ней не может плакать,
Музеем сделав свой притихший дом,
Не ищет вновь плодов запретных мякоть.

Проклятый шип, проткнувший нагло грудь,
Добавил страх в её эритроциты,
Что только болью выстлан этот путь
С голодным сердцем, голым, без защиты.

Она нальёт родную грусть в бокал
И выпьет тост, одна, за всё, что было,
Ведь то, что есть, - как скучный сериал,
А то, что будет, - наглухо закрыла!