Шакир Селим. Возвращение на Родину

Из Ташкента в Симферополь
на высоких воздусях
тюбетейки да папахи
познакомились в пути;
как посадку объявили,
душ, пожалуй, шестьдесят
загалдели не прощаясь,
словно птахи не в горсти.

— Кто такие?— вопрошает
ближних русый богатырь.—
— Ни словца не понимаю.
По-каковски говорят?
Некто в новенькой папахе
отвечает им, крутым:
— Мы-ста крымские татары.
Нам на Родину назад.

Приземленье состоялось
в суматохе неземной;
старикам у нас дорога,
настежь люк, приставлен трап-
и пахнула выжав слёзы
осень крымскою весной:
кто спустя почти полвека
с Крымом встретиться не рад?!

— Как с луны свалились люди:
без стыда голубят прах,
на колени став, целуют,
нас ничуть не веселя.
Просвещает любопытных
тот, из новеньких папах:
— Мы-ста крымские татары:
это крымская земля!

Нет жилья...сквозь радость встречи
перспективы не видны,
но сыны твои вернулись-
привечай, Отчизна-мать,
и пути твои открыты
на четыре стороны—
и разъехались татары
счастья вечного искать.

Расселенцам негде деться:
расбессовестный народ,
местным даром называясь,
спеси свинской не тая,
знай, татарское наследство
в съём татарам же сдаёт:
— Дом не твой, кочевник пришлый,
внаймы комната твоя.

Без прописки нет работы-
без работы денег нет;
ищут бедные татары
обустройства- где права,
властью той ещё советской
миру дадены? —Вам нет!
Там и власть переменилась:
сведен лес— шуми трава.

В утлой, маленькой времянке,
где зимой не натопить,
детка малая трёхлетка
застудилась, умерла;
мать начальством ходит-просит—
как ей с горя не завыть:
без прописки не хоронят-
ну порядки, ну дела!

Вспомню бабушку,- осталась
в Средней Азии одна,—
слёзы жалкие роняю,
плачет вся моя семья:
в нашей до смерти разлуке
возвращенья ли вина?
Как могли б мы не расстаться,
видит Бог, таит земля.

Семьи врозь, рода— подавно,
не с руки багаж везти—
поскорей бы возвратиться
да обжиться как-нибудь;
фотографии в альбоме
да могильный прах в горсти
доставляли мы на Остров,
вновь кляня полынь-судьбу.

Снова горе испытаний,
унижения и боль
чести-совести лишили
слишком многих среди нас;
рок-злодей, который раз уж
нас стрижёшь под голый ноль
ради деятелей ушлых
на горбу народных масс?!

Силы наши на исходе
в бесконечной суете,
где шажок вперёд- победа,
где не горе, то беда?
А кликуши брызжут ядом
у сороки на хвосте—
делят шкуру ли медведя,
зазывают кто куда.

Время всё и вся расставит
по заслуженным местам;
праздник— общими трудами,
нами— город, сад и весь,
ведь упрямо возвращаясь,
мы врастаем тут и там,
обживаясь в настоящем,
строим будущее здесь.

Шакир Селим
1989- 1996 гг.
перевод с крымского Терджимана Кырымлы