Вилиор Иванов

ВИЛИОР ИВАНОВ
(1941 - 2005)


Всей деревней садим мы картошку.
Вся деревня – бабушки одни.
Больше не едят они окрошку –
Нет у наших бабушек родни.

Лошадёнка бродит, как букашка,
И своих не чувствует подков,
А за плугом ходит старикашка –
Где-то так под семьдесят годков.

Я веду лошадку за уздечку,
Как учили, вдоль по борозде,
Чувствую солидную утечку
Пота по заросшей бороде.

У старушек руки-крюки в торфе...
Борются, бедняги, с комарьём.
– Если снова вырастет картофель,
Мы ещё, девахи, не помрём!

Садим мы картошку всей деревней.
Рядом с нами бегают грачи.
Славою и будущей, и древней
Солнышко размножило лучи...

***

Деревушка моя, деревушка -
Вдоль дороги тринадцать дворов...
Здесь вторая от края  избушка
Прислонилась к поленице дров
И окошком глядит на дорогу
И не может никак угадать
Той минуты, когда я к порогу
Подойду, чтобы мать повидать...

Буду помнить

Щедро, широко и образцово
Освещает вечная луна
Красную смородину Рубцова,
Красную калину Шукшина.
В мире гаснут ливни и морозы,
Но пылают в памяти моей
Ягоды поэзии и прозы
Дорогих по духу мне людей.
Ведь они бросали не напрасно
В души золотые семена…
Буду помнить свято я и ясно
До могилы эти имена.

***

Плетет судьбина кружева
Добра и худа.
Покуда матушка жива,
Живу покуда!

Но вот уйдет из жизни
                мать,
И, взяв бутылку,
Я буду горько обнимать
Ее могилку.

Когда придется одному
Жить сквозь рыданья,
Я слишком поздно,
               но пойму
Ее страданья.

Я до моих последних дней
За страсть к обману
Просить прощения у ней
Не перестану.

Я помолюсь в родном краю,
Окрепнув духом,
Чтоб для нее была в раю
Земелька пухом.

Не встретив женщины
              милей,
Скажу у храма:
"Всю жизнь кормилицей моей
Была мне мама".

Плетет судьбина кружева
Добра и худа.
Покуда матушка жива, -
Живу, покуда...   

***

Я усну и проснусь через пару веков.
В прах рассыплется мой летаргический сон.
У души моей больше не будет оков,
Станет чистым повсюду природный озон.
Я вольготно подкину заплечный мешок,
И, наверно, в тот самый торжественный миг
Впереди побежит дальновидный слушок,
Что проснулся еще один  русский мужик...