Пеките хлеб, ткачи...

Пеките хлеб, ткачи, а фельдшеры малярьте,
Пускай петух затянет арию в «Большом»,
Возможно всё, теперь чудите и фиглярьте,
Отныне сущее красуется вверх дном.
Бредём – гудём, лихие будни коротая
Гуртом, за пазухой тревожной суеты,
По храмам души, как на привязи, таская,
Желая с Господом освоиться на «ты».
Над серым омутом благое разноцветье,
Но вязнет шаг под грубым натиском дилемм;
Скажите, мудрые, философы ответьте,
Ау, поэты, растолкуйте же, зачем:
Веками знания раскладывать по полкам,
Костры невежества учёными кормить,
Идти на смерть, не позволяя кривотолкам
Святую правду в одночасье исказить?
Когда опять, желая нового корыта,
Призрев всё знамое за сотни тысяч лет,
Душа, как в каменных тисках палеолита,
Ей не указ ни Иисус, ни Магомет.
Слепой делёж на: «кто холоп» и, «кто хозяин»,
Рождает гнев, несовместимый с бытием,
Пылая гневом, о душе не вспомнил Каин,
Во гневе Ромула сгорел беспечный Рем.
Крутись, вертись, ищи упор под сапогами,
От этой качки не излечишься вином.
Мне жаль шотландцев, каково им вверх ногами…
Но что поделаешь, всё сущее вверх дном.